3 дня
О сайте
395586 комментариев
14 2 | Д 017603-4 1966 |
| Ленинградский завод |
| Ленинградский завод, ГОСТ 5289-61 |
| Концерт №4 соль минор для фортепиано с оркестром, посвященной Н. К. Метнеру, создавался на протяжении многих лет (1014—1926). Впервые он был исполнен 18 мая 1927 года автором под управлением Л. Стоковского (Филадельфия). В дальнейшем произведение неоднократно перерабатывалось. Премьера концерта в окончательной редакции состоялась 17 октября того же года в Филадельфии , исполняли автор и Филадельфийский оркестр под управлением Ю. Орманди. Первая часть (Allegro vivace) начинается обычной для Рахманинова широкой патетической темой. Сопоставленная с ней вторая тема своим прихотливым мелодическим узором, изысканными гармониями и прозрачным изложением дает почувствовать некоторые черты позднего рахманиновского стиля. Благодаря этому, контраст мужественно-волевого и нежно-лирического образов (типичный и для предшествующих концертов Рахманинова) усиливается. В среднем разделе первой части драматический подъем приводит к торжественным мажорным фразам, как бы утверждающим победу неукротимого, беспокойного «духа исканий». Вслед за этим появляется варьированная вторая тема. Небольшая заключительная часть (заменяющая репризу) возвращает нас к первоначальной широкой мелодии, которая звучит теперь элегически мечтательно и умиротворенно. Вторая часть — Largo. В музыке сдержанного и несколько сумрачного характера ощущается богатство эмоциональных оттенков: то скрытая нежность, то вспышки драматизма, то грусть воспоминаний. Но во всей части господствует мерное, единообразное движение, которое по верному замечанию Н. Метнера напоминает шествие. Главная тема финала (Allegro vivace) соединяет в себе праздничный блеск и саркастическую насмешливость. С ней сопоставлен другой, типично рахманиновский образ — романтически пылкое утверждение красоты жизни. В финале стиль позднего Рахманинова проявляется в обилии острых, «токкатных» звучностей, в поразительном разнообразии и неисчерпаемой изобретательности фортепианного изложения. Рапсодия ля минор на тему Паганини для фортепиано с оркестром (1934) была создана за короткий срок. С. А. Сатина, близкая родственница Рахманинова, вспоминая о процессе создания Рапсодии, пишет: «Быстрота и легкость, с которой Сергей Васильевич сочинил и инструментировал эту вещь (семь недель), ее свежесть и вдохновенность показывают, как крепок и здоров был творческий дух в композиторе, достигшем шестидесяти одного года». Первое исполнение Рапсодии состоялось в ноябре 1934 года в Балтиморе, исполняли автор и Филадельфийский оркестр под управлением Л. Стоковского. В основу Рапсодии положена тема знаменитого паганиниевского каприса № 24 ля минор, который в свое время был блестяще разработан Листом и Брамсом. Рахманинов развивает тему в форме большого цикла вариаций; их характер, последовательность и группировку он подчиняет глубокому драматургическому замыслу. Об этом замысле отчасти свидетельствует письмо композитора к балетмейстеру М. Фокину в связи с намерением последнего сочинить на музыку Рапсодии балет. Рахманинов предлагает «оживить легенду о Паганини» — легенду, по которой драма и гибель великого скрипача объяснялась вмешательством «нечистой силы», завладевшей душой артиста. Неправильно было бы, однако, сводить содержание Рапсодии к этой конкретной программе, появление которой вызвано было прежде всего проектом балетного спектакля и желанием создать театрально-эффектный сюжет. Если исходить из музыки а также из типичных для Рахманинова идейных концепций, возможно, и это естественнее всего, более обобщенное истолкование Рапсодии. Музыка рисует трагедию артистически богатой личности. Ее жажде красоты, духовной свободы и могучему расцвету противостоит непобедимая злая сила; герой гибнет в единоборстве с этой силой, но его трагедия, его борьба говорят о величайшей ценности жизни, о могучей красоте романтических чувств и порывов. Вариации I—IV — начальный этап развития главного образа. Уже здесь кипучая, полная жизненной энергии тема Паганини омрачается зловещим предчувствиями. В VII вариации появляется тема средневекового напева Dies irae (здесь, как и в некоторых других произведениях Рахманинова, она символизирует роковую власть смерти). Вторжение этой темы предопределяет более мрачную окраску следующих вариаций (VII—X). Вариацию XI автор определяет как начало новой группы образов: здесь, по его словам, «переход в любовную область». Прозрачная, точно овеянная волшебным светом, музыка этой вариации служит введением к сдержанно лирическому менуэту (XII)—«первому появлению женщины». Музыка, то ликующая, то тревожно-сосредоточенная, приводит к лирической кульминации всего произведении — мелодически широкой XVIII вариации. Следующая XIX вариация, по словам автора,— «торжество искусства Паганини, его дй польское пиццикато». Вариации XX—XXIV, в которых осе более усиливаются зловещие мотивы, рисуют моменты высшего драматического напряжения и гибель героя. Д. Житомирский Сергею Рахманинову, русскому музыканту, в котором огромный творческий дар сочетался с блистательным талантом исполнителя, однажды был задай вопрос: кто является лучшим интерпретатором музыки — композитор или исполнитель? «Я затрудняюсь дать определенный ответ па этот вопрос,— сказал Рахманинов.— Может быть, есть основание предпочитать исполнение композитора-интерпретатора исполнению артиста, обладающего чисто исполнительским талан том, но я не считаю возможным категорически утверждать, что это неизменно бывает так или иначе, несмотря на факт, что два величайших пианиста — Лист и Рубинштейн — оба были композиторами. Что касается меня самого, — продолжал Рахманинов, — я чувствую, что если я интерпретирую свои собственные сочинения не так, как сочинения других. То это только потому, что свою музыку я знаю лучше. В качестве композитора я так много думал над ней, что она стала частью меля самого. . . Признание затрагивает самую суть вопроса. Автор скорее других может передать свое произведение во всей полноте его художественной эстетической ценности, приблизить нас к нему. К тому же у композитора-интерпретатора есть два очень важных свойства, которые далеко не в такой степени присущи артисту-исполннтелю. Первое на них — фантазия. «Я не хочу сказать, — пояснил Рахманинов, — что у артиста- интерпретатора нет фантазии, но вполне обоснованно предполагать, что композитор обладает большим даром фантазии, потому-что он должен сперва воображать, а потом творить и воображать с такой силой, что прежде, чем будет написана хотя бы одна нота, конкретная картина всего произведения должна ясно представиться ему. Его законченная композиция является воссозданием сущности этой картины в музыке». Второе, не менее важное свойство композитор интерпретатора — обостренное восприятие звукового колорита: каким бы прекрасным музыкантом ни был исполнитель, он никогда не может обладать талантом ощущения и воспроизведения оттенков музыкального колорита в той степени, в какой «по праву рождения владеет композитор» (Рахманинов). |
| Ленинградский завод |
2 | Д 006663-4 1960 |
| по другим данным (каталог "Мелодии" за 1963 год), трек-лист такой: Восточный романс (А. Глазунов — А. Пушкин); В молчаньи ночи тайной (С. Рахманинов — А. Фет); Айрени джрер (К. Закарян — С. Вагуни); Гарува (нар. песня, обр. Комитаса); Сев какавик (Р. Меликян — О. Туманян); Айреникис кочи (В. Тигранян — А. Исаакян); Колхозуу ерг (Е. Сааруни — С. Ханзадян) |
1 | 45Д 0007463-4 1961 |
| Трврален галис эк (гусан Гаспарян); Им ануш джан (нар. песня); Айрени лернер (А. Мерангулян — В. Арамуни); Экспромт (А. Мандакунян) — орк. нар. инстр, Армянского радио |
1 | 45Д 0007795-6 1961 |
| Кертам те че (нар. песня); Ар си гангаты (X. Аветисян — В. Арутюнян); Лирикакан (В. Балян — В. Арутюнян); Астхов ека (Гусан Шаген) |
1 | Д 006665-6 1960 |
| Капел э с гадсовод (гусан Шерам); Сиро ерг (С. Джербашян — С. Капутикян) — О. Бадалян и О. Амбарцумян; Оровел (нар. песня, обр . Т. Алтуняна); Миайн тэ майрыс чимана (О. Бадалян — А. Исаакян); Хндзвори ерг (Е. Сааруни — Г. Ованесян) |
3 | 45Д 0006427-8 1960 |
| Ур э (песня гусана Ашота); Миайн тэ майрыс чимана (О. Бадалян — А. Исаакян); Капама (нар. песня, сл. В. Арутюняна) — Гос. ансамбль армянской нар. песни-пляски |
7 | 45Д 0007483-4 1961 |
| Сторона 1 Забелла АЙДИНЯН Карот (Г. Читчян — О. Шираз); Полночь (Э. Ованесян — В. Арамуни); Еркир инц амар (А. Арутюнян — О. Гукасян) Н. Даниэль-Бек (фортепиано) (1, 3), М. Арутюнян (фортепиано) (2) Сторона 2 Сергей ГАЛУСТЯН Зангезури егник; Им сирун погоцум (А. Хачатрян — А . Граши) О. Параджанян (фортепиано) |
5 | Д 005586-7 1959 |
| Трио для кларнета, скрипки и фортепьяно В. Сорокин (кларнет), П. Бондаренко (скрипка), Н. Вальтер (ф-но) |
4 | Д 009035-6 1961 |
| Ода памяти В. И. Ленина Орк. ГАБТ СССР / А. Хачатурян Траурный дифирамб из музыки к кинофильму «Ленин» Симф. орк. Вс. радио / А. Гаук |
11 | Д 8229-30 1961 |
| БАЛАСАНЯН С. «Острова Индонезии», музыкальные картины для симф. оркестра Симф. орк. Вс. радио / А. Янсонс |
1 | Д 3722-3 1957 |
| АРУТЮНЯН А. (р. 1920) Кантата о Родине З. Долуханова, В. Захаров, Хор Всесоюзного Радио Худ. рук. К. Б. Птица Хормейстер М. А. Бондарь Симфонический оркестр Всесоюзного Радио / Дирижер Е. Светланов Издание Дома Звукозаписи |
3 | Д 00010081-2 1962 |
| Ушшоки Содирхон (нар. песня, сл. Джами) — Л. Баракаева и М. Исхакбаева; Кашкарчаи Содирхон (нар. песня, сл. Б. Хилоли) — Б. Исхакова, Л. Баракаева, М. Исхакбаева |
1 1 | Д 3760-1 1957 |
| Дили ман (А. Хамдамов — Юсуфи) — Ш. Мулладжанова; Дусторат гаштам (А. Хамдамов — Масуми) — Р. Толмасов; Буслик (нар. мелодия) — Я. Бободустов (рубаб); Бадахшон (М. Халиков — Т. Пулоди) — Р. Галибова; Мепарварам (Ф. Салиев — А. Шукухи) — Т. Фазылова; Зи сузи сина (З. Шахиди — Хилоли) — X. Ахмедов; Вальс и танец джигитов из балета «Лейли и Меджнун» (С. Баласанян) — симф. орк. Вс. радио; Дар водин зорнисори колхоз (Ш, Сохибов — А. Шукухи) — X. Мавлянова |
7 | Д 3714-5 1957 |
| Колхозная сюита (М. Муравин) — орк. нар. инстр. Тадж. Гос. филармонии п /у Э. Айрапетянца; Нигорам ояд (Ф. Салиев — Лютфи), Бахор (нар. песня), Духтари номдори мехнат (З. Шахиди — Ф. Ансори), Шоринзаборам (Я. Сабзанов — Исхоки), Туёна (Я. Сабзанов — Б. Рахим-заде) — анс. рубабисток |
1 | Д 3712-3 1957 |
| Кахрамон омад (Ш. Бобокалонов и М. Муравин — А. Каххори) — X. Таиров; Мехнат ва мухаббат (Ф. Салиев — М. Амин-заде) — X. Мавлянова и Ю. Исхакбаев; Сиёх чашм, Джураджонам (нар. песни) — Хор Тадж. радио; Аз кадат гардам (Я. Сабзалов — М. Фархат) — Р. Галибова; Хамрохи ту бошам (У. Толмасов — Ф. Ансори) — Р. Толмасов; Танец (М. Муравин) — орк. нар. инстр.; Ситораи ман (З. Шахиди — М. Турсун-заде), Ба дильбар (Я. Сабзанов — М. Турсун-заде) — Ш. Мулладжанова |
5 | Д 3710-1 1957 |
| Лали бадахшон (нар. песня, сл. Гулшани), Имруз (нар, песня, сл. Гарми), Мустах зод (нар. песня, сл. Хилоли), Мубор акбод (муз. и сл. Н. Мирлуллаева) — X. Мавлянова, Нозукаст (М. Муравин и А. Муллакандов — Мулким), Андеке ист (А. Хамдамов — А. Шукухи), Эй сорбон (З. Шахиди — Саади Ширози), Ойнаро (нар. песня — З. Джавхари) — А. Бабакулов |