ГЕРМАН СТЕПАНОВИЧ ТИТОВ Это было в самом начале августа 1961 года. На космодроме Байконур шли последние приготовления к старту космического корабля «Восток-2». Гигантским исполином высилась могучая ракета. Вокруг нее, на фермах обслуживания ни днем, ни ночью не смолкала работа. Сотни специалистов еще и еще раз самым тщательным образом проверяли каждый узел, каждую систему сложной машины. До старта оставались считанные дни. И вот в один из таких дней на космодроме появился невысокий, очень энергичный паренек в форме старшего лейтенанта. Он живо интересовался всем, что происходит на фермах обслуживания, с пристрастием расспрашивал рабочих, инженеров, испытателей. «Шустрый паренек», — посмеивались монтажники. Наступило 6 августа... Можете представить себе удивление монтажников, когда они увидели «паренька» в доспехах космонавта! Я рассказал об этом не случайно. В отряде космонавтов Герман Титов завоевал репутацию человека мыслящего, стремящегося не только постичь все и вся до самых глубин, но и непременно внести что-то свое. Герман одолевал всех вопросами. Его интересовали малейшие детали. А когда пришло время сдавать экзамен по устройству корабля, самые сложные проблемы Герман трактовал оригинально. Многие советы Германа оказались дельными, и конструкторы охотно учли их в работе. — С ясной, хорошей головой этот паренек, и глаз у него зоркий, — говорил о нем академик С. П. Королев. — Умеет ухватить главное и о деталях не забывает. За творческое участие в подготовке первого космического полета человека Герман Титов был награжден орденом Ленина. Творческие способности космонавта-2 проявились более полно, когда он сам занял место в кабине космического корабля. Его двадцатипятичасовой полет был, по-существу, испытанием многих технических и медико-биологических систем, испытанием воли и способности работать в самых тяжелых условиях. Я особо подчеркиваю - тяжелых, ибо, в силу индивидуальных причин, Герман испытал во время полета нечто вроде морской болезни. Тем не менее он не только безукоризненно четко выполнил всю программу по лета, но, как и всегда, внес в нее элементы творчества. Его бортжурнал испещрен наблюдениями, замечаниями. Во время сеансов связи он так подробно описывал картины космоса, что все слушавшие буквально видели их перед собой. Особенно благодарны Титову были медики. Сознавая высокую ответственность перед учеными и понимая, что для них это может представлять огромный научный интерес, космонавт самым подробным образом передавал свои ощущения, чувства, переживания. Герман всегда в поиске. Он любит повторять слова: «Летчик не обязательно должен быть космонавтом, но космонавт обязан летать». Следуя этому правилу, Герман, вернувшись из космоса, вторично подтверждает звание летчика первого класса, а потом, окончив Военно-воздушную инженерную академию, становится и летчиком-испытателем. Испытывая новые, современные машины, Герман не просто учит их летать. Работая бок о бок с конструкторами, он всякий раз вносит в конструкцию машины что-то дополняющее и усовершенствующее мысль ее создателя. Круг интересов космонавта-2 выходит далеко за рамки техники. Он очень любит поэзию, музыку, театр. Много времени отдает спорту. Значительное место в жизни Германа Титова занимает общественная и государственная работа. Выросший в далекой алтайской деревушке, среди простых, трудолюбивых людей, космонавт-2 хорошо знает их жизнь. Поэтому вот уже третий срок подряд сибиряки поручают ему представлять их интересы в высшем органе государственной власти — Верховном Совете СССР. Но Герман - частый гость не только своих избирателей. Его можно встретить в цехах заводов и фабрик, на колхозных полях, во Дворцах пионеров, в воинских частях, в студенческих общежитиях. Он выступает на съездах и конференциях молодежи, с трибун конгрессов и ассамблей сторонников мира. По многим странам и континентам пролегли теперь земные орбиты космонавта-2. И везде его встречают как посланника умного и трудолюбивого советского народа, прокладывающего человечеству пути к коммунизму на земле и к звездам в космосе. Н. КАМАНИН, Герой Советского Союза, Генерал-полковник авиации. Apr. 11-1. Цена 25 коп.

Герман Степанович Титов. Документально-художественная композиция

Д 26709-10

1969

ВСГ ГОСТ 5289-68

Группа "Ласковый май" - Маскарад

С60 29171 007

1990, дата записи: 1988-1989 гг.

Сторона 2 АОЛЗГ Выпуск 1990 года ГОСТ 5289-88 Гр. 3. 2-25

Группа "Ласковый май" - Маскарад

С60 29171 007

1990, дата записи: 1988-1989 гг.

Сторона 1 АОЛЗГ Выпуск 1990 года ГОСТ 5289-88 Гр. 3. 2-25

Группа "Ласковый май" - Маскарад

С60 29171 007

1990, дата записи: 1988-1989 гг.

АОЛЗГ Зак. 57. Тир. 100000. Цена 2 руб. 50 коп

Группа "Ласковый май" - Маскарад

С60 29171 007

1990, дата записи: 1988-1989 гг.

АОЛЗГ Зак. 57. Тир. 100000. Цена 2 руб. 50 коп

Аэротон (Серия "Спорт и музыка")

С60 24505 000

1987, дата записи: 1986

Аэротон (Серия "Спорт и музыка")

С60 24505 000

1987, дата записи: 1986

РЗГ

Н. Пейко. Концерт-симфония, Концертная фантазия No. 2

MEL CO 1710

2026, дата записи: 1967, 1976

Николай Пейко — яркий представитель московской композиторской школы и признанный советский симфонист. Он написал десятки сочинений в самых разных жанрах — от масштабных до камерных, от балетов, опер и ораторий до концертов, маленьких пьес-афоризмов и музыке к кино. В данной записи композитор участвует и как исполнитель. В Концертной фантазии № 2 в авторском переложении для скрипки и фортепиано Николай Пейко исполняет партию фортепиано. На скрипке играет молодой и талантливый скрипач Виктор Третьяков. Выход альбома приурочен к 110-летию со дня рождения композитора.

Мария Пахоменко

№ 00089

1971, дата записи: 1971

Экспорт

Леонид СОБИНОВ (тенор, 1872–1934): «Искусство Л. В. Собинова»

Д—025209-12 (2 пл.)

1969

ПЕРВАЯ ПЛАСТИНКА 1 сторона Давыдов — Какое счастье Верди — Песенка Герцога («Риголетто») Рубинштейн — Ариозо Синодала («Демон») Бородин — Каватина Владимира («Князь Игорь») Флотов — Романс Лионеля («Марта») Делиб — Ария Джеральда («Лакме») Гуно — Каватина Ромео («Ромео и Джульетта») Чайковский — Сцена Ленского, Ария Ленского («Евгений Онегин») Записи 1901 и 1904 гг. 2 сторона Вагнер — Дуэт Эльзы и Лоэнгрина, Прощание с лебедем («Лоэнгрин») Эльза — Антонина Нежданова Бизе — Романс Надира, Дуэт Лейлы и Надира («Искатели жемчуга») Лейла — Антонина Нежданова Рубинштейн — Романс Синодала («Демон») Аренский — Песня певца за сценой («Рафаэль») Записи 1910—1911 гг. ВТОРАЯ ПЛАСТИНКА 1 сторона Римский-Корсаков — Каватина Берендея («Снегурочка») Гречанинов — Песня Алеши Поповича («Добрыня Никитич») Русская народная песня «Последний нонешний денечек» Римский-Корсаков — Ария Левко («Майская ночь») Чайковский — Средь шумного бала Чайковский — Ариозо и ария Ленского («Евгений Онегин») 2 сторона Даргомыжский — Каватина Князя («Русалка») Монюшко — Думка Йонтека («Галька») Массне — Грезы де Грие («Манон»), Ария Вертера («Вертер») Тома — Романс Вильгельма («Миньон») Бойто — Романс Фауста («Мефистофель») Доницетти — Речитатив и ария Эрнесто («Дон Паскуале») Записи 1910—1911 гг. Реставрация 1969 года Режиссер реставрации — Геннадий Ковалевский Звукооператоры — Елена Осауленко, Николай Морозов Консультант — И. Ф. Боярский В основу Антологии легла коллекция записей из собрания И. Ф. Боярского