1 день
О сайте9 | Д—081-8 (4 пл.) 1951 |
Антон ЧЕХОВ (1860–1904) «Три сестры», драма в 4-х действиях Спектакль МХАТ СССР им. Горького Режиссёры В. И. Немирович-Данченко, Н. Литовцева, И. Раевский: Действующие лица и исполнители: Прозоров Андрей Сергеевич — Виктор Станицын Наталья Ивановна, его невеста, потом жена — Анастасия Георгиевская Ольга — Клавдия Еланская Маша, его сестра — Алла Тарасова Ирина, его сестра — Ангелина Степанова Кулыгин Федор Ильич, учитель гимназии, муж Маши — Василий Орлов Вершинин Александр Игнатьевич, подполковник, батарейный командир — Михаил Болдуман Тузенбах Николай Львович, барон, поручик — Павел Массальский Соленый Василий Васильевич, штабс-капитан — Борис Ливанов Чебутыкин Иван Романович, военный доктор — Алексей Грибов Федотик Алексей Петрович, подпоручик — Николай Дорохин Родэ Владимир Карлович, подпоручик — Владимир Белокуров Ферапонт, сторож — Владимир Попов Анфиса, нянька — Нина Соколовская Пояснительный текст читает Анатолий Дорменко |
3 | Д—53-4 1951, дата записи: 1948 |
Александр ГЛАЗУНОВ (1865–1936) Симфония №4 ми-бемоль мажор, соч. 48 Сторона 1: 1. 1) Анданте 2. 2) Скерцо Сторона 2: 3. 2) Скерцо (окончание) 4. 3) Анданте Оркестр Ленинградской филармонии Дирижёр Евгений МРАВИНСКИЙ Запись 1948 года |
26 4 | 15815-6 1948 |
Апрелевский завод, ГОСТ 5289-50 15816 - Игрушка |
33 3 | 26628-9 1956 |
АЗГ ГОСТ 56 5-70 сторона 1 |
43 11 | 36287-8 1960 |
Рижский завод, ГОСТ 5289-61 |
3 2 | Э33Д—00014611-2 1964 |
59 10 | 17109-10 1949 |
17109 На сопках Маньчжурии вальс, муз. И.Шатрова Оркестр п/у Л. П. Пятигорского 17110 Старинный вальс Оркестр п/у Л. П. Пятигорского АЗ, ГОСТ 5289-50. 2 кл. |
18 | Д 014075-6 1964 |
Українські нар. пісні і романси на слова Т. Шевченко Учітеся брати мої М. Лисенко Чого мені тяжко М. Лисенко Сонце заходить Я, Степовий За думаю дума Зацвіла в долині Така її доля укр.нар.пісня Дума волоха Ю. Мейтус із поєми гайдамаки Од села до села ур.нар.пісня Л. Острин (фортепьяно) 2 стор Думи мої укр.нар.пісня сл. Т.Шевченко Реве та стогне дніпр широкий М.Лисенко сл. Т.Шевченко Вечір на дворі укр.нар.пісня Дивлюсь я на яснії зорі К.Стеценко сл.Лесі УкраЇнки В'Ється стежка сл. М. Славинського Чуєш брате мій Безмежне поле М. Лисенко сл. І.Франко ======================= Учiтеся, брати моi, Чого менi тяжко (Н. Лысенко); Солнце заходить, За думою дума, Зацвiла в долинi (Я. Степовой); Така i доля (нар. песня); Дума Волоха из поэмы Т. Шевченко «Гайдамаки» (Ю. Мейтус); От села до села; Думи моi (нар. песни); Дивлюсь я на яснli зорi, В'ется стежка (К. Стеценко); Чуеш, брате Мiй (нар. песня); Безмежнее поле (Н. Лысенко) Партия ф-но — Лев Острин |
6 1 | С10 29041 003 1989, дата записи: 1987 |
Сторона 1 Не видавай мене заміж (О. Нижанківський— І. Іванців) — 3.35 І золотої, і дорогої (Д. Січинський — Т. Шевченко) — 2.40 Не співайте мені сеї пісні (Д. Січинський — Леся Українка) — 1.48 Минули літа молодії (О. Нижанківський — Т. Шевченко) — 4.55 Бабине літо (Д. Січинський — М. Гавалевич) — 2.16 Чи я в лузі (українська народна пісня, обробка Д. Січинського) — 2.39 Із сліз моїж любко (Д. Січинський — Г. Гейне, український текст А. Кримського) — 0.58 О не забуть! (О. Нижанківський — В. Масляк) — 3.07 Фелікс Гольденберг, скрипка (4) Сторона 2 Родимий краю (В. Матюк — С. Мидловський) — 3.38 Веснівка (В. Матюк — М. Шашкевич)— 3.16 Доля (О. Нижанківський— О. Кониський)— 4.02 Ой летіла зозуленька (українська народна пісня, обробка Д. Січинського)—1.44 Ой під гаєм зелененьким (українська народна пісня, обробка Д. Січинського) — 3.00 Ой в полю садок (українська народна пісня, обробка О. Нижанкіаського)—1.59 У мене був коханий рідний край (Д. Січинський — Г. Гейне, український текст А. Кримського) — 2.03 Дума про Нечая (українська народна пісня, обробка Д. Січинського) — 2.36 Ярослава Матюха – фортепіано. Звукорежисер Ю. Вінник. Редактор М. Кузик Художник Л. Воробьова. Запись 1987 г. |
6 1 | С10 29041 003 1989, дата записи: 1987 |
Ленинградский завод, ГОСТ 88 |
15 2 | Д 5846-47 1959 |
Сторона 1: 1. Аве Мария (Ф. Шуберт) Ave Maria 2. Форель (Ф. Шуберт – К. Шубарт) Die Forelle 3. Любовь (Ф. Шуберт – В. Гёте) 4. Обращённая (Г. Вольф – В. Гёте) Die Bekehrte 5. Песня эльфа (Г. Вольф – Э. Мёрике) Elfenlied На немецком языке Сторона 2: Три негритянские спиричуэлс (на английском языке) 6. Переломим хлеб вместе Let Us Break Bread Together 7. О, какой прекрасный город What a Beautiful City 8. Город в небесах A City Called Heaven Две песни американских креолов (на французском диалекте штата Луизиана) 9. Лизетта Lizette 10. Господин Банджо Micbieu Banjo Стиг Вестерберг – фортепиано. |
15 4 | Д 19083-4 1967 |
АЗ, ГОСТ 61 |
2 1 | Д 12977-8 1963 |
І мертвим і живим (вірш Т. Шевченка) В. Дуклер (читання) Минулт літа молодії (А. Нижанківський - Т. Шевченко) - Л. Дороніна За думою дума (Я. Степовий - Т. Шевченко) А. Коробейченко Вечер (П. Чайковський - Т. Шевченко) С. Преображенська Утоптала стежечку (Я. Степовий - Т. Шевченко) Н. Гончаренко Монолог Ганни з опери "Наймичка" (М. Вереківський - Т. Шевченко) Л. Лобанова Чого менi тяжко (Г. Волошин - Т. Шевченко) Держ.капелла УРСР "Трембіта" Я опять одинок (С. Рахманiнов - Т. Шевченко) Б. Гмиря Не тополю високую (В. Заремба - Т. Шевченко) Д. Петриненко Утоптала стежечку (В. Заремба - Т. Шевченко) Д. Петриненко |
30 1 | СМ 02735-6 1971, дата записи: 1971 |
Сторона 1: 1. Добрий вечір 2. Чи дома, дома 3. Ой там за горою 4. Ой коляда, колядниця 5. Павочка ходить — солистка Ніна Матвієнко 6. Ой у полі плужок оре 7. Прилетів сокіл — солистка В. Дегтяр 8. Ішов дід на став 9. Наша Маланка 10. Жала Улянка Сторона 2: 11. Ой там, за Дунаєм – солист Володимир Бойко 12. По той бік гора – Наталія Бочарова, Валентина Черкун; дуэт бандуристов 13. Цвіте терен – солисты Ніна Матвієнко, Марина Охрименко 14. Веснянка – солистка Ніна Матвієнко 15. Вийшли в поле косарі 16. Як була я маленька – солистка Вікторія Камінська 17. Гандзя – солистка Галина Бондаренко 18. Ой чорна я, си чорна – солисты Вікторія Камінська, Василь Завгородній, П. Федоренко; ансамбль народных инструментов 19. Тихо над річкою – трио боянистов Оркестр народных инструментов, дир. Станіслав Павлюченко (1, 2, 8-10, 11, 14, 15) |
3 | 87, 135 1934 |
№ 87 Кармен вокальная пародия исп. вокальный джаз арт театра им. Немировича-Данченко "Джаз-гол" п.у. В. Канделаки № 135 Негритянская колыбельная исп. вокальный джаз арт. театра им. Немировича-Данченко п/у В. Канделаки |
1 сторона Д. БОРТНЯНСКИЙ. Концерт No. 27 А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ. Концерт для хора С. РАХМАНИНОВ. Киевский распев 2 сторона Ковыль (Ю. Сахновский — И. Бунин) Кант "Орле Российски" Кант "Плач Мазепы" Кант "Виват" (музыка и слова народные) Двенадцать Разбойников (музыка народная – Н. Некрасов) В Темном Лесе (Руская народная песня) Барыня (А. Г. Новиков — слова народные) |
15 | С10-17521-4 (2 пл.) 1982, дата записи: 11 марта 1979 г. |
Сторона 1 М. КЛЕМЕНТИ (1752—1832) Соната си минор, соч. 40 № 2 — 15.50 1. Molto Adagio е sostenuto. Allegro con fuoco e con espressione 2. Largo, mesto e patetico. Allegro. Molto Adagio. Presto В. А. МОЦАРТ (1756—1791) Рондо ля минор, KV 511 — 8.42 Сторона 2 Л. БЕТХОВЕН (1770—1827) Соната № 8 до минор, соч. 13 «Патетическая» 1. Grave. Allegro di molto e con brio — 8.10 2. Adagio cantabile — 5.00 3. Rondo. Allegro — 4.13 Сторона 3 Ф. ШОПЕН (1810—1849) Соната № 2 си бемоль минор, соч. 35 1. Grave. Doppio movimento — 7.34 2. Scherzo. Trio. Piu lento — 7.29 3. Marche funebre. Lento — 8.42 4. Finale. Presto — 1.12 Сторона 4 Ф. ЛИСТ (1811—1886) Траурная прелюдия и траурный марш — 7.25 Испанская рапсодия — 12.57 Ф. ШОПЕН (1810—1849) Ноктюрн № 19 ми минор, соч. 72 № 1 —4.45 Дж. ГЕРШВИН (1898—1937) Прелюдия № 2 — 2.43 Редактор П. Грнюберг Художник Г. Старостина Фото В. Пищальникова Если перелистать рецензии на концерты Лазаря Бермана, датированные последним десятилетием, нетрудно получить представление о том успехе, которым сопровождаются его выступления перед советской и зарубежной аудиторией. Критики рассказывают на страницах газет и журналов об «ошеломляющем впечатлении», которое производит артист на публику, о «неописуемых восторгах и нескончаемых вызовах на «бис». Берман всегда пользовался авторитетом у музыкантов-профессионалов и широкой публики. Однако в 70-е годы его искусство стало особо заметным явлением в мировой музыкально-исполнительской культуре. Прежде чем ответить на вопрос, почему так произошло, коснемся вкратце биографии пианиста — это поможет обрисовать в общих чертах его творческий путь, определить некоторые характерные черты художественного облика. - Берман родился 26 февраля 1930 года в Ленинграде. Его отец был рабочим, мать имела музыкальное образование — в свое время она училась на фортепианном отделении Петербургской консерватории. Мальчик рано, чуть ли не с трех лет обнаружил незаурядную одаренность. Он свободно подбирал по слуху, неплохо импровизировал. «Мои первые впечатления в жизни связаны с клавиатурой рояля, — рассказывает Берман. — Мне кажется, я никогда не расставался с ней... Вероятно, извлекать звуки из фортепиано я выучился раньше, чем говорить». Будучи совсем малышом он принял участие в смотре-соревновании, называвшемся «общегородским конкурсом юных дарований». Его заметили, выделили из ряда других: жюри под председательством профессора Л. В. Николаева (учителя В. Софроницкого и М. Юдиной) констатировало «исключительный случай необычайного проявления музыкальных и пианистических способностей у ребенка». Причисленный к вундеркиндам, четырехлетний Берман стал учеником известного ленинградского педагога Самария Ильича Савшинского. «Отличный музыкант и дельный методист, — характеризует сегодня Берман своего первого учителя.— Главное же, опытнейший специалист по работе с детьми». Когда мальчику исполнилось девять лет, родители привезли его в Москву. Он поступил в Центральную музыкальную школу-десятилетку, в класс выдающегося советского педагога Александра Борисовича Гольденвейзера. Отныне и до конца учебы — в общей сложности около восемнадцати лет — Берман почти не расставался со своим профессором. Он стал одним из любимейших учеников Гольденвейзера — его гордостью и надеждой, во многом — выразителем его педагогических концепций, установок, школы. «У Александра Борисовича я научился по-настоящему работать над текстом произведения, —• рассказывает пианист. — В классе мы часто слышали: замысел автора лишь, частично претворен в нотной записи. Последняя всегда условна, приблизительна... Намерения композитора требуется разгадать — в этом миссия интерпретатора! — и по возможности точнее отразить в исполнении. Сам Александр Борисович был великолепным, удивительно проницательным мастером анализа музыкального текста — приобщал к этому и нас, своих воспитанников...» Берман добавляет к сказанному: «Мало кто мог сравниться с нашим учителем в знании пианистической «технологии». Общение с ним давало очень многое. Перенимались наиболее рациональные приемы игры, открывались тайны педализации. Приходило умение рельефно и выпукло очерчивать фразу — Александр Борисович без устали добивался этого от учеников... Я переиграл, занимаясь у него, огромное количество самой разнообразной музыки. Особенно любил приносить в класс произведения Скрябина, Метнера, Рахманинова. Александр Борисович был сверстником этих замечательных композиторов, в молодые годы нередко встречался с ними; пьесы их показывал с особым увлечением...» Когда-то Гёте сказал: «Талант — это прилежание». С раннего возраста Берман был исключительно прилежен в труде. Многочасовая работа за инструментом — ежедневная, без расслаблений и поблажек — сделалась нормой его жизни. В 1953 году молодой пианист с отличием оканчивает Московскую консерваторию, несколько позже — аспирантуру. Начитается его самостоятельная артистическая жизнь. Он гастролирует по СССР, в дальнейшем и за рубежом. Перед слушателями — концертант со сложившимся, ему лишь присушим сценическим обликом. Уже в ту пору кто бы ни заговорил о Бермане — коллега по профессии, критик, любитель музыки, почти всегда можно было слышать, как склоняется, и на все лады, слово «виртуоз». Слово, в общем-то, двойственное по звучанию: бывает, в чей-то адрес оно произносится со слегка пренебрежительным оттенком, как синоним малозначащей исполнительской риторики, эстрадной мишуры. Виртуозность Бермана - тут надо отдавать себе ясный отчет — не оставляет места для сколько-нибудь непочтительного отношения. Она — явление в пианизме. Некогда А. В. Луначарский высказывал мнение, что термин «виртуоз» следовало бы применять не в «отрицательном смысле» — как иногда делается, а для «обозначения артиста огромной мощи в смысле впечатления, которое он производит на воспринимающую его среду...» Берман — виртуоз огромной мощи, впечатление, производимое им на «воспринимающую среду», и впрямь велико. Настоящие, большие виртуозы во все времена были любимы публикой. Их игра импонирует залу (по латыни virtus — доблесть), будит ощущение чего-то яркого, праздничного. Не случайно концерты Бермана завершаются чаще всего бурными овациями. Газета «Нью-Йорк пост» от 6 февраля 1976 года следующим образом описывает выступление советского артиста: ему «вначале аплодировали сидя, потом стоя, потом кричали и топали ногами от восторга». Исполнительский стиль Бермана особо выигрышен в труднейших, «трансцендентных» по своей сложности пьесах фортепианного репертуара. Как и все прирожденные виртуозы, Берман издавна тяготел к таким пьесам. На центральных, самых заметных местах в его программах — этюды и рапсодии Листа, Третий концерт Рахманинова и Токката Прокофьевы, «Лесной царь» Шуберта (в знаменитой листовской транскрипции) и «Ундина» Равеля, октавный этюд, соч. 25 Шопена и до-диез-минорный, соч. 42 этюд Скрябина... Подобные подборки пианистических «сверхсложностей» впечатляют сами по себе; еще больше впечатляют свобода и непринужденность с которыми все это играется музыкантом: ни напряжения, ни видимых тягот, ни усилий. «Трудности надо преодолевать с легкостью и не выставлять на показ», — учил в свое время Бузони. У Бермана в самом трудном — ни следов труда. Впрочем, пианист завоевывает симпатии не только фейерверками блестящих пассажей, сверкающими гирляндами арпеджио, лавинами октав и т. д. Его искусство привлекает бОльшим — подлинно высокой культурой исполнительства. Завсегдатаи концертов Бермана помнят многие произведения в его интерпретации. Одни из них производили по-настоящему сильное и яркое впечатление, другие, быть может, несколько меньшее... Не было лишь одного — чтобы исполнитель где-нибудь или в чем-нибудь шокировал самое строгое, придирчивое профессиональное ухо. Повсюду — радующая слух корректность исполнительской речи, чистота пианистической дикции, предельно ясная передача деталей, безупречный вкус, отличные сценические манеры. Ранее уже говорись, что Берман долгие годы находился близ такого высообразованного музыканта, как А. Б. Гольденвейзер; бесспорно, теми качествами, о которых идет речь, он обязан в первую очередь своему маэстро и его прославленной школе. Как-то Берман рассказывал, что долгие годы бился над проблемой звучания: «По-моему, все в нашем искусстве начинается с культуры звука. В юности мне порой приходилось слышать, что рояль у меня неважно звучит — тускло, блекло... Я стал прислушиваться к хорошим певцам — помню, переигрывал на патефоне пластинки с записями итальянских «звезд», — стал думать, искать, экспериментировать... У моего учителя звучание инструмента было довольно специфическим, ему трудно было подражать. Я перенимал кое-что в отношении тембра и звуко-колористики у других пианистов. Прежде всего, у Владимира Владимировича Софроницкого — его я его любил...» Сейчас у Бермана теплое, приятное туше. Это сообщает привлекательность в его передаче — помимо бравуры — и лирике, пьесам кантиленного склада. И еще: для кого-то лирика Бермана просто красива — хороша своим звуковым оформлением. Слушатель более проницательный распознает в ней и другое — мягкую, добросердечную интонацию. Подчас простодушную, чуть ли не наивную. Говорят, интонирование — то, как произносится музыка, — зеркало души исполнителя; люди, близко знающие Бермана, наверное, согласятся с этим. Согда пианист, что называется, «в ударе», он поднимается до больших высот, выступая в такие моменты хранителем традиций блестящего концертно-виртуозного стиля, — традиций, заставляющих вспомнить ряд выдающихся артистов прошлого. Иногда его сравнивают с Симоном Барером, иногда с кем-либо из других корифеев минувших лет. Будить подобные ассоциации, воскрешать в памяти полулегендарные имена — многим ли это под силу? На данных пластинках записан концерт Бермана в знаменитом нью-йоркском зале «Карнеги-холл», состоявшийся 11 марта 1979 года. Интерпретация исполненных произведений, как и ряда других, входящих в программы Бермана последних лет, свидетельствует об определенных изменениях, в сущности — углублении исполнительского стиля артиста. Со всей отчетливостью ощущается теперь его зрелая творческая мысль. Если ранее Бермана влекла за собой («почти безудержно», как он говорит) интуиция прирожденного виртуоза, стихия пианистической моторики, то сегодня его направляют серьезное чувство, накопленный за три десятилетия сценический опыт. Сдержаннее стали ныне темпы артиста, четче грани музыкальных форм, содержательнее, яснее интерпретаторские замыслы. Это сказывается и в других сферах его концертного репертуара, например, в произведениях Рахманинова, часто и с успехом исполняемых им в последнее время: в Вариациях на тему Корелли, а также Прелюдиях соч. 23 и 32. Повсюду можно почувствовать отказ от виртуозных излишеств, художественную «аргументированность» исполнительских высказываний. В одном из своих недавних интервью Берман сказал: «Каждый гастролер переживает когда-то пору расцвета и взлета. Мне кажется, сейчас мое исполнение стало несколько иным, чем в былое время...» Верно — иным. Сохранив обворожительную легкость, блеск и техническую свободу, оно сделалось творчески убедительнее, значительнее. Этим, в сущности, и объясняется заметно вспыхнувший интерес к Берману как в нашей стране, так и за рубежом. Объясняются те успехи, которые сопутствуют ему ныне на концертной эстраде. Г. Цыпин (С) «Мелодия», 1982 Фирма CBS Records, США. Запись 1979 г. |
6 | С10 24545-8 (2 пл.) 1987, дата записи: 1984 |
Р, Щедрин (р. 1932) КОНЕК-ГОРБУНОК Балет в двух действиях по сказке П. Ершова Редакция Ленинградского государственного академического театра оперы и балета имени Кирова и Московского академического музыкального театра имени К. С. Станиславского и В. И. Немировича-Данченко Сторона 1 — 18.58 ДЕЙСТВИЕ I 1. Вступление 2. Братья, Иван 3. Танец в избе 4. Братья идут а кабак 5. Пьяные братья 6. Появление Ивана 7. Кобылица и Иван (Иван ловит Кобылицу) 8. Конек-горбунок 9. Вдали пролетают Жар-птицы 10. Братья (Кража коней) 11. Первый полет Конька-горбунка Сторона 2 — 25.35 12. Ярмарочное гулянье 13. Девичий хоровод 14. Русская кадриль 15. Сцена и выход царя 16. Торг коней 17. Уход царя 18. Вариация Ивана с балалайкой 19. Кража пера 20. Укачивание царя 21. Интриги бояр-(сцена с мухой) 22. Приход братьев 23. Братья с пером Жар-птицы 24. Недоумение царя. Ожившая фреска Царь-девицы 25. Финальная сцена. Второй полет Конька-горбунка Сторона 3 — 20.06 ДЕЙСТВИЕ II 26. Третий полет Конька-горбунка 27. Панорама Жар-птицы 28. Выход Царь-девицы 29. Вариация Царь-девицы 30. Маленькое адажио 31. Появление Ивана с Коньком-горбунком 32. Дуэттино Ивана и Царь-девицы 33. Вариация Ивана 34. Четвертый полет Конька-горбунка, Ивана и Царь-девицы Сторона 4 — 21.37 35. Царь ждет Ивана 36. Появление Ивана с Царь-девицей 37. Жар-птица 38. Ловля птиц 39. Клетка 40. Дуэт Царь-девицы и Ивана 41. Царь и бояре 42. Похоронный марш 43. Дуэт Ивана и Царь-девицы 44. Эпилог Оркестр Московского академического музыкального театра имени К. С. Станиславского и В. И. Немировича-Данченко Дирижер ГЕОРГИЙ ЖЕМЧУЖИН Звукорежиссер С. Пазухин. Редактор Л. Абелян Художник Г. Макаров. Фото В. Пчелкина Запись 1984 г. |
12 1 | С10 18851-4 (2 пл.) 1982, дата записи: 27 февраля 1982 г. |
Запись из Большого зала Ленинградской филармонии, 27 февраля 1982 г. |
67 2 | Д 04108-9 1957 |
Обложка экспортного издания альбома с опечаткой авторства исполнения. Здесь значится в качестве солиста Лев Оборин. Есть предположение, что ошибка связана с аналогичным исполнением данного концерта с Симфоническим оркестром Всесоюзного радио п/у А.Гаука, где Лев Оборин солист, каталожный номер Д 01438-9 |