4 дня
О сайте
Сторона 1
ПИСЬМО ДРУГУ —5.10
ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КВАРТАЛ — 4.57
СОМНЕНИЯ — 5.40
ПУТЕШЕСТВИЕ — 4.57
Сторона 2
НАИВНЫЙ ЧЕЛОВЕК (посвящается Орнетту Коулмену) — 14.46
ТЕМА ДЛЯ ТИМЫ — 4.46
Геннадий Гольштейн, альт-саксофон
Константин Носов, труба; флюгельгорн (3)
Вагиф Садыхов, фортепиано (1, 3, 4, 6)
Ефим Бурд, контрабас (1, 3, 4, 6)
Юрий Ветхов, ударные (1, 3, 4, 6)
Борис Фрумкин, фортепиано (2)
Адольф Сатановский, контрабас (2, 5)
Александр Гореткин, ударные (2, 5)
Реставратор В. Динов. Редактор И. Рябова
Художник В. Симаков. Фото А. Иванова
Ленинградская студия грамзаписи. Записи 1968, 1972— 1974 гг.
Цифровое издание MEL CO 1642
Геннадий Гольштейн и Константин Носов начали выступать вместе в 1959 году и в дальнейшем уже не расставались. Первый период их творчества и широкого признания связан с ленинградским джаз-оркестром под руководством И.В. Вайнштейна, в котором они были солистами и лидерами инструментальных групп. Затем внутри него возник квинтет, и ему было суждено стать одним из ярких ансамблей джаза шестидесятых годов. Отмеченный лауреатскими званиями и награжденный многочисленными дипломами на джазовых фестивалях в Ленинграде, Таллине, Москве, квинтет Г. Гольштейна — К. Носова (с Д. Голощёкиным, В. Смирновым и С. Стрельцовым — фортепиано, контрабас, ударные) в 1967 году перешел в оркестр Эдди Рознера и вскоре распался. Г. Гольштейн и К. Носов стали солистами в биг-бэнде Вадима Людвиковского и собрали новый квинтет с московскими музыкантами.
В 1984 году в возрасте 46 лет умер Константин Носов. Геннадий Гольштейн перешел в Ансамбль старинной музыки и занялся педагогической деятельностью. Восстановить один из квинтетов уже невозможно, но пришло время (не случайно так и названа пластинка) воссоздать хотя бы старые записи. Композиции Г. Гольштейна выдержали проверку временем: некоторые аранжированы для биг-бэнда, некоторые помещены в антологию «Мелодии джаза», многие звучат на фестивалях и в концертах. И это не случайно. Все они напевны, мелодичны, несмотря на свою инструментальную природу. Их выразительность связана с широким использованием скачков в мелодии (что показывают первые такты большинства тем), с подвижной гармонией («Центральный квартал») и с органичным переплетением различных стилевых приемов. Так, например, в «Сомнении» после нескольких фраз, изложенных пунктирным ритмом (вспоминается Танец рыцарей из «Ромео и Джульетты» С. Прокофьева), возникают свинговые синкопы-акценты, острые восклицания оркестрово-туттийного склада. В «Письме другу» виртуозная орнаментика, свойственная импровизациям в стиле «бибоп», появляется в самой теме.
Особняком стоит композиция «Наивный человек», записанная квартетом в 1968 году и посвященная основоположнику фри-джаза, саксофонисту Орнетту Коулмену. Г. Гольштейн не стал его последователем, но некоторые принципы, провозглашенные этим музыкантом, оказались в его поле зрения: ритмическая раскованность, резкая артикуляция, асимметрия в построении фраз, отход от «тональной цепкости». Короткие мотивы-наигрыши, лёгкая ирония, медленное разворачивание композиции позволяют говорить о присутствии элементов фольклора в современном джазе.
Сегодня, когда советский джаз является признанным видом музыкального искусства, мы пристально изучаем наше прошлое и не можем не пополнить нашу дискографию записями квинтета Г. Гольштейна — К. Носова. (К сожалению, неустранимы небольшие технические дефекты: неярко звучит партия баса, небрежно сделанная склейка в «Теме для Тимы» нарушает моторику повествования). Но столь яркий документ не может лежать в архиве и не быть обнародован. Действительно: время пришло!
Владимир Фейертаг
ПИСЬМО ДРУГУ —5.10
ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КВАРТАЛ — 4.57
СОМНЕНИЯ — 5.40
ПУТЕШЕСТВИЕ — 4.57
Сторона 2
НАИВНЫЙ ЧЕЛОВЕК (посвящается Орнетту Коулмену) — 14.46
ТЕМА ДЛЯ ТИМЫ — 4.46
Геннадий Гольштейн, альт-саксофон
Константин Носов, труба; флюгельгорн (3)
Вагиф Садыхов, фортепиано (1, 3, 4, 6)
Ефим Бурд, контрабас (1, 3, 4, 6)
Юрий Ветхов, ударные (1, 3, 4, 6)
Борис Фрумкин, фортепиано (2)
Адольф Сатановский, контрабас (2, 5)
Александр Гореткин, ударные (2, 5)
Реставратор В. Динов. Редактор И. Рябова
Художник В. Симаков. Фото А. Иванова
Ленинградская студия грамзаписи. Записи 1968, 1972— 1974 гг.
Цифровое издание MEL CO 1642
Геннадий Гольштейн и Константин Носов начали выступать вместе в 1959 году и в дальнейшем уже не расставались. Первый период их творчества и широкого признания связан с ленинградским джаз-оркестром под руководством И.В. Вайнштейна, в котором они были солистами и лидерами инструментальных групп. Затем внутри него возник квинтет, и ему было суждено стать одним из ярких ансамблей джаза шестидесятых годов. Отмеченный лауреатскими званиями и награжденный многочисленными дипломами на джазовых фестивалях в Ленинграде, Таллине, Москве, квинтет Г. Гольштейна — К. Носова (с Д. Голощёкиным, В. Смирновым и С. Стрельцовым — фортепиано, контрабас, ударные) в 1967 году перешел в оркестр Эдди Рознера и вскоре распался. Г. Гольштейн и К. Носов стали солистами в биг-бэнде Вадима Людвиковского и собрали новый квинтет с московскими музыкантами.
В 1984 году в возрасте 46 лет умер Константин Носов. Геннадий Гольштейн перешел в Ансамбль старинной музыки и занялся педагогической деятельностью. Восстановить один из квинтетов уже невозможно, но пришло время (не случайно так и названа пластинка) воссоздать хотя бы старые записи. Композиции Г. Гольштейна выдержали проверку временем: некоторые аранжированы для биг-бэнда, некоторые помещены в антологию «Мелодии джаза», многие звучат на фестивалях и в концертах. И это не случайно. Все они напевны, мелодичны, несмотря на свою инструментальную природу. Их выразительность связана с широким использованием скачков в мелодии (что показывают первые такты большинства тем), с подвижной гармонией («Центральный квартал») и с органичным переплетением различных стилевых приемов. Так, например, в «Сомнении» после нескольких фраз, изложенных пунктирным ритмом (вспоминается Танец рыцарей из «Ромео и Джульетты» С. Прокофьева), возникают свинговые синкопы-акценты, острые восклицания оркестрово-туттийного склада. В «Письме другу» виртуозная орнаментика, свойственная импровизациям в стиле «бибоп», появляется в самой теме.
Особняком стоит композиция «Наивный человек», записанная квартетом в 1968 году и посвященная основоположнику фри-джаза, саксофонисту Орнетту Коулмену. Г. Гольштейн не стал его последователем, но некоторые принципы, провозглашенные этим музыкантом, оказались в его поле зрения: ритмическая раскованность, резкая артикуляция, асимметрия в построении фраз, отход от «тональной цепкости». Короткие мотивы-наигрыши, лёгкая ирония, медленное разворачивание композиции позволяют говорить о присутствии элементов фольклора в современном джазе.
Сегодня, когда советский джаз является признанным видом музыкального искусства, мы пристально изучаем наше прошлое и не можем не пополнить нашу дискографию записями квинтета Г. Гольштейна — К. Носова. (К сожалению, неустранимы небольшие технические дефекты: неярко звучит партия баса, небрежно сделанная склейка в «Теме для Тимы» нарушает моторику повествования). Но столь яркий документ не может лежать в архиве и не быть обнародован. Действительно: время пришло!
Владимир Фейертаг