![Виртуальная клавиатура](/images/vkbd__.png)
![Наверх](/images/ArrowDown3.png)
У джаз-оркестра, записи которого представлены на очередной серии «Антологии», не совсем обычная биография.
В 1939 году молодой композитор и музыкант Николай Минх, уже успевший зарекомендовать себя талантливым аранжировщиком и аккордеонистом коллектива Леонида Утесова, создал по инициативе Ленинградского радиокомитета свой джаз-оркестр. Новый ансамбль довольно быстро завоевал популярность, покорив слушателей мягкостью, лиричностью исполнения, выразительностью оркестровок, отличной сыгранностью.
В первые годы Великой Отечественной войны музыканты минховского джаза явились на мобилизационные пункты, откуда ушли рядовыми в части действующей армии. Их бывший руководитель был призван в Школу младших лейтенантов и вскоре возглавил взвод в подразделении, занявшем оборонительные рубежи на подступах к Ленинграду.
Грозные сражения опровергли старую пословицу, утверждавшую, что грохот пушек заставляет умолкнуть божественных муз Аполлона. Искусство в дни битвы с фашизмом стало оружием, нужным для победы. По распоряжению командования Ленинградского фронта работников искусств, служивших в армии и оказавшихся в кольце вражеской блокады, призвали вернуться к прежней специальности. Младший лейтенант Николай Минх был откомандирован в Театр Краснознаменного Балтийского флота.
«Я принялся разыскивать в блокадном Ленинграде всех тех, с кем ранее работал, — рассказывал Николай Григорьевич, — и многих нашел в самых разных воинских частях. Так в итоге собрался большой оркестр. С января 1942 года мы начали выступать на флоте, и за годы войны сделали восемь концертных программ».
День Победы Джаз-оркестр ТКБ встретил в Прибалтике, куда перебазировался вместе с частями действующей армии. 16 мая 1945 года вышел приказ командующего Краснознаменным Балтийским флотом адмирала Трибуца в котором говорилось: «Джаз-оркестр, созданный в первые дни Великой Отечественной войны, прошел большой творческий путь. Свыше 1200 концертов на кораблях, в частях и подразделениях флота, самоотверженная работа в дни блокады города Ленинграда завоевали Джаз-оркестру популярность и любовь флотского зрителя. Решением Народного Комиссара ВМФ адмирала флота тов. Кузнецова весь коллектив передается в ведение Ленинградского радиокомитета. Выношу благодарность и желаю талантливому коллективу и его художественному руководителю Н. Г. Минху дальнейшего творческого роста».
За самоотверженный труд в годы войны многие артисты Джаз-оркестра были удостоены правительственных наград.
По возвращении на радио у коллектива началась новая жизнь. Он становится лабораторией джазовой музыки и эстрадной песни. Свидетельство тому — творческий вечер ансамбля в Ленинградском Доме искусств им. Станиславского, ставший отчетом джаза, его певцов, солистов-инструменталистов. В программу Н. Г. Минх собрал все лучшее, что было создано в оркестре за первые послевоенные годы. Двадцать три номера в обработке руководителя джаза, а также Михаила Воловаца, Густава Узинга, дружба с которыми не прерывалась с утесовских времен, продемонстрировали зрелость оркестра, его высокое мастерство, позволяющее исполнить виртуозные вещи с вдохновением и видимой легкостью.
Никогда прежде Минх не решался включать в программу одного вечера столько инструментальных пьес. Юрий Журен-ков с блеском исполнил цфасмановское «Интермеццо для кларнета», посвященное Бенни Гудмену, аккордеонист Юрий Шахнов показал виртуозное владение инструментом в пьесе «Летящие листья», Николай Минх сел за рояль, сыграв обработанную им «Рапсодию в блюзовых тонах» Дж. Гершвина. Джаз исполнил также «Марш» Н. Минха, «Фантазию на темы песен Матвея Блантера», «Вальс» из сюиты К. Мартьянова, пьесу Д. Розе «Праздник струнных», «Этюд» на тему упражнения Крейцлера — вещи, разные по характеру, звучанию, настроению: лирика и шутка, серьезные раздумья и юмор, прозрачность скрипок и насыщенность медных...
Впрочем, и в песнях, спетых Зоей Рождественской, Ольгой Нестеровой, Ефремом Флаксом и Юрием Хочинским, роль джаза не сводилась к аккомпанементу — почти в каждой из них содержалось развернутое инструментальное вступление или тутти, и порой оркестру отводилось места не меньше, чем певцу.
К сожалению, год спустя от всего этого пришлось отказаться: разгоревшаяся, начатая еще в 1946 году кампания по борьбе с «безыдейностью» и «иностранщиной» быстро набрала силы и обрушилась на все, что, как объявлялось, имело зарубежное происхождение. Джаз снова оказался в центре мишени критиков, перешедших в наступление на все его качества, составляющие суть явления.
Программа этого выпуска «Антологии» предлагает характерные страницы биографии Джаз-оркестра Ленинградского радиокомитета 1945—1948 годов — периода, предшествовавшего кризису, в который коллектив был вовлечен по независящим от него обстоятельствам. Большинство представленных записей, впервые появляющихся на долгоиграющем диске, сделаны в зале Ленинградской филармонии бригадой московских звукотехников во главе с звукорежиссером Ильей Гродзенским. Несмотря на несовершенство аппаратуры (запись шла на два микрофона), магнитофильмы Джаз-оркестра под управлением Николая Минха позволяют убедиться в подлинной ансамблевости исполнения, естественной нюансировке, которая обеспечивает выразительное звучание каждой оркестровой группы не благодаря системе микшеров, а вследствие мастерства дирижера и музыкантов.
Песня «Грустить не надо» из «Сюиты для голоса с джазом» М. Блантера в переложении для фортепиано и оркестра исполняет Сергей Виноградов, начинавший карьеру джазового пианиста еще в 1938 году. Сергей Владимирович — участник боев на Ленинградском фронте. В октябре 1945 года он пришел в джаз Минха, где с блеском сыграл немало танцевальных пьес А. Цфасмана, И. Дунаевского, мелодий из зарубежных кинофильмов, произведений собственного сочинения.
Первые страницы творческой биографии Ольги Нестеровой, окончившей в грозном 1941-м Ленинградское музыкальное училище им. Мусоргского, оказались военными. С 1943 года она — солистка минховского коллектива. Танго «Где ты?», музыку и слова которого написала актриса Театра комедии Галина Русецкая, — первая запись Ольги Нестеровой на пластинках. В 40-е годы выразительное сопрано Ольги Мартиниановны часто звучало с дисков, на которые в студии Ленинградского радио записывался джаз Николая Минха. Пластинки эти, среди которых особой популярностью пользовались «Очи черные» в современной обработке, изготовлялись фабрикой артели «Минерал», существовавшей при объеди нении с пышным наименованием — «Ленхимпищепромсоюз», а затем фабрикой артели «Пластмасс».
Зоя Рождественская начинала как камерная певица. В годы войны она обратилась к советской песне, а с 1945 года становится солисткой минховского оркестра, с которым проработала около семи лет. Прекрасные вокальные данные и музыкальность сделали Зою Николаевну едва ли не самой популярной джазовой певицей 40-х годов. Песня «Ночью» — одна из первых ее записей на магнитную ленту.
Первой записью — песней «Пой со мной» представлен и Ефрем Флакс, успешно выступавший не только с ленинградским коллективом Н. Минха, но и с московскими джазами А. Цфасмана, В. Кнушевицкого.
Другой солист джаза — молодой талантливый певец, щедро наделенный лирическим даром, Юрий Хочинский, жизнь которого рано оборвалась, исполняет «Одинокую гармонь». Хочинский был первым ленинградским исполнителем этой популярной песни.
Фокс-марш «Встреча», которым джаз часто открывал свои программы, комическая полька «Свидание», фокстрот «Гитарный экспромт» и инструментальная пьеса «Когда мы вместе» (соло на гитаре в двух последних исполняет Иван Морозов) записаны 14 февраля 1947 года. 24 июня того же года коллектив записал «Интермеццо-фокс» и фантазию «Я уходил тогда в поход», куда вошли четыре песни М. Блантера на стихи М. Исаковского — «До свиданья, города и хаты», «Моя любимая», «В лесу прифронтовом» и «Под звездами Балканскими». Солирует оперный певец баритон Иван Алексеев.
В это время в Джаз-оркестре Ленинградского радиокомитета играли: И. Атлас, В. Бабахин, П. Новицкий (трубы), Ю. Подгаецкий, И. Денисов, К. Мартьянов (тромбоны), Ю. Журенков, Б. Лебедев (альт-саксофоны), Н. Абрамов, Н. Григорьев (тенор-саксофоны), А. Маршак (баритон-саксофон), М. Левин, М. Яцко, Б. Кирш (скрипки), Б. Росицкий (гитара), М. Кошелев (контрабас), С. Виноградов (рояль), Ю. Шахнов (аккордеон), А. Козловский (ударные).
Программа завершается фокс-маршем «В дальний путь» (ноябрь 1948 года) — последней записью, сделанной перед переименованием минховского джаза в эстрадный оркестр — актом, носившим, к сожалению, далеко не топонимический характер.
Глеб Скороходов
Для составления программы были использованы записи, хранящиеся в фонотеке Гостелерадио, а также пластинки из коллекции В. А. Минх, которой Студия выражает благодарность.
Предыдущие выпуски «Антологии советского джаза»:
М60 45827 006 «Первые шаги». Записи 20—30-х годов.
М60 46115 001 «Голубая ночь». Джаз-оркестр п/у Я. Скомо-ровского, Записи 30-х годов.
М60 46471 007 «Парад». Записи 30-х годов.
М60 46561 006 «Игра на пальцах»: Джаз-оркестр п/у А. Цфасмана. Записи 30-х годов.
М60 46635 001 «Люби меня». Джаз-оркестр п/у Л. Утесова. Записи 30-х годов.
М60 46695 005 «Пой мне!». Вокальные джаз-ансамбли. Записи 30—40-х годов.
М60 47409 005 «Мне грустно без тебя». Солисты-инструменталисты. Записи 30—40-х годов.
М60 47467 009 «Укротитель змей». Гос. джаз СССР, дирижер В. Кнушевицкий. Записи 30—40-х годов.
М60 47641 003 «Встреча». Певцы-солисты. Записи 30—40-х годов.
М60 47661 006 «Мы из Ленинграда». Записи 30—40-х годов.
М60 47897 004 «Сядь со мною рядом». Джаз-оркестр п/у А. Цфасмана. Записи 30—40-х годов.
М60 48043 005 «Смотр». Записи 30—-40-х годов.
М60 48205 005 «Два Максима». Записи 40-х годов.
М60 48285 000 «Ночь и день». Джаз-оркестр п/у Л. Утесова. Записи 30—40-х годов.
М60 48359 006 «Джан Ереван». Джаз Армении п/у А. Айвазяна. Записи 30—50-х годов.
М60 48361 004 «Караван». Джаз-оркестр БССР п/у Э. Рознера. Записи 40-х годов.
М60 48411 008 «Прощай, любовь». Джаз-оркестр БССР п/у Э. Рознера. Записи 40-х годов.
М60 48449 005 «Подожди, постой». Джаз-оркестр п/у А. Цфасмана. Записи 40-х годов.
М60 48939 006 «Со всех концов». Национальные джаз-оркестры. Записи 30—50-х годов.