8 дней
О сайте
Сторона 1
Приключения Бибигона, сказка
Сторона 2
Приключения Бибигона, сказка (окончание)
Федорино горе
Телефон
Читает автор
Для старшего дошкольного и младшего школьного возраста
Звукорежиссер Л. Должников
Редактор И. Якушенко
Художник Б. Дударев
Апрелевский ордена Ленина завод, 1981
Запись 1969 г.
Зак. 524—О—50000
Первая детская книжка, написанная для самых маленьких читателей совсем тогда еще молодым Чуковским, вышла в 1917 году. Это была «поэма для детей», печаталась она из номера в номер в журнале, так и называвшемся — «Для детей». Кстати, Корней Иванович Чуковский этот журнал и редактировал. А говорилось в этой стихотворной сказке о событиях необычайных...
Однажды на улицах революционного Петрограда неведомо откуда появился страшный-престрашный зверь по имени Крокодил Крокодилович. Тут же сбежалась толпа. Но зверь никого не боялся, а наоборот — всех пугал. И только храбрый малыш с игрушечной шашкой в руках отважно выступил против чудовища. Грозный и ужасный Крокодил очень-очень испугался и без всякого сопротивления сдался на милость доблестного победителя.
Так родилась не только «корней-чуковская» сказка, но и вся советская детская литература. Что же касается Чуковского, то он все продолжал и продолжал сочинять новые — одна другой лучше — сказки. После появления «Мойдо-дыра» и «Тараканища», «Мухи-Цокотухи», «Чуда-дерева», «Бармалея», «Телефона», «Федорина горя», «Айболита» (а спустя еще два десятка лет — «Бибигона») дети все новых и новых поколений окончательно причислили Корнея Чуковского к «своим».
Вот уже больше пятидесяти лет малыши зовут К. И. Чуковского «дедушкой Корнеем». Но ведь он не всегда был «дедушкой»... Когда Чуковский впервые задумался о том, что настоящая литература для детей — это очень сложное дело и браться за него нужно с чистым сердцем, отдавая все свои силы и мысли, — ему только что исполнилось тридцать лет. Тебе, конечно, тридцать лет кажутся чуть ли не старостью. А на самом деле это еще совсем молодой возраст, хотя и к этим годам Чуковский уже успел сделать очень много нужного и интересного.
Так вот, тогда, в 1907 году, он написал статью о «языке детей». И многие с изумлением обнаружили, что, действительно, язык, на котором говорят дети, — это совсем особенный язык со своей грамматикой, своими словами, а главное — своими, ни на какие другие не похожими, понятиями. В конце статьи автор писал: «Прошу, умоляю всех, кто так или иначе близок к детям, сообщать мне для дальнейших исследований всякие самобытные детские слова, речения, обороты речи, все, что вас удивит или заинтересует в вашем или чужом ребенке. Все это я приму с благодарностью, постараюсь вникнуть так тщательно, как только могу».
Так к многочисленным профессиям, которыми владел замечательный писатель, поэт, переводчик, литературовед, журналист, критик, прибавились еще профессии педагога, психолога, исследователя детской души. Книга «От двух до пяти», без конца переиздающаяся во всем мире, в своем роде единственная. Чуковский-сказочник, стихи которого заучивают миллионы малы-
шей — да и взрослых, плененных их жизнерадостностью, музыкальностью, ярким юмором, красочностью и чарующей простотой, — знаменит не менее самых известных классиков «взрослой» литературы. А небывалая по значению и для педагогов, и для самой литературы книга о детском языке принесла Корнею Ивановичу Чуковскому всемирную славу.
Но, несмотря на эту исключительную славу, «дедушка Корней» до последних дней жизни оставался верен именно тем читателям, которые в силу своего пока еще очень небольшого жизненного опыта и совсем маленьких знаний не могли по достоинству оценить его огромный вклад в литературу и науку о литературе. Детвора не просто любила Чуковского. Он был для своих читателей настоящим взрослым другом, который знает все и обо всем, но умеет так об этом всем рассказать, что самое сложное становится понятным и донельзя интересным.
Многие годы Чуковский жил в Переделкине под Москвой. Однажды к нему пришел один из бесчисленных его друзей — маленький мальчик по имени Славик. Он собирался «учиться на богатыря» и спрашивал: «Это можно?» Корней Иванович ответил ему: «Вполне. Ты пока что почитай книги про богатырей, подучись, а потом поступишь в богатырский техникум». А вслед за Славиком к Чуковскому пришло еще много мальчиков и даже девочек. Все они мечтали — кто о богатырском будущем, кто о других, не менее волнующих путях, по которым пойдут во взрослой жизни. Им тоже очень нужны были книги, которых у «дедушки Корнея» накопилось великое множество. Тогда и родилась у Чуковского его собственная мечта. Без долгих размышлений он построил рядом со своим домом детскую библиотеку, передал туда больше десяти тысяч книг из своей громадной личной библиотеки... Тут был и сад, где ребята играли, рисовали, делились впечатлениями о прочитанном и вместе с Корнеем Ивановичем мечтали о будущем. Дважды в год в этом саду устраивался чудесный праздник. Горел большой костер из сосновых шишек — каждый приносил, сколько мог, выступали писатели, артисты, сами ребятишки пели и плясали. Первый костер назывался «Здравствуй, лето». Ну, а второй, конечно, «Прощай, лето»...
Не только сам Чуковский дарил детворе свой сказочный добрый и радостный талант. У него хранились — и не просто «хранились», но и тут же шли в дело — замечательные, порой совершенно фантастические подарки маленьких почитателей со всех концов света. Например, американские дети прислали ему головной убор индейского вождя из разноцветных птичьих перьев. И Корней Иванович, и без того очень высокий, становился просто великаном, когда водружал его на голову. А делал он это часто и с чудесным детским восторгом, как и вообще все, что он делал.
В каком-то смысле он так никогда и не стал по-настоящему взрослым, хотя его академическим знаниям, артистическому и литературному таланту приходилось просто дивиться. Вот, например, равнодушию он так и не смог «научиться». Бывал порою очень язвительным, даже злым — когда спорил о литературе. Обижался и расстраивался, переставал даже разговаривать на какое-то время с неприятным ему хвастуном или болтуном, зазнайкой или невеждой. Но скоро отходил и снова шутил и насмешничал. А равнодушным так и не стал. И всю жизнь был очень добрым, был душевно открыт, искренен, смеялся или огорчался до слез. Потому и дети буквально «висли» на нем, писали ему обо всем, что их интересовало, с оглушительным ревом расставались с «дедушкой Корнеем», когда мамы и бабушки отрывали их от него в конце праздников в Переделкине.
Потому и сейчас, когда мы будем слушать голос Корнея Ивановича, читающего свои великолепные сказки, то вместе с удовольствием и радостью почувствуем самое главное, самую суть удивительного таланта замечательного писателя: его по-детски чистую добрую душу. Этот голос поведет нас по дорогам волшебной страны «корней-чуковской» сказки, страны, населенной небывалыми героями, волшебными вещами, говорящими на языке детства.
М. Бабаева
серия "Сказка за сказкой"
выпуск 1 , пластинка 7
Приключения Бибигона, сказка
Сторона 2
Приключения Бибигона, сказка (окончание)
Федорино горе
Телефон
Читает автор
Для старшего дошкольного и младшего школьного возраста
Звукорежиссер Л. Должников
Редактор И. Якушенко
Художник Б. Дударев
Апрелевский ордена Ленина завод, 1981
Запись 1969 г.
Зак. 524—О—50000
Первая детская книжка, написанная для самых маленьких читателей совсем тогда еще молодым Чуковским, вышла в 1917 году. Это была «поэма для детей», печаталась она из номера в номер в журнале, так и называвшемся — «Для детей». Кстати, Корней Иванович Чуковский этот журнал и редактировал. А говорилось в этой стихотворной сказке о событиях необычайных...
Однажды на улицах революционного Петрограда неведомо откуда появился страшный-престрашный зверь по имени Крокодил Крокодилович. Тут же сбежалась толпа. Но зверь никого не боялся, а наоборот — всех пугал. И только храбрый малыш с игрушечной шашкой в руках отважно выступил против чудовища. Грозный и ужасный Крокодил очень-очень испугался и без всякого сопротивления сдался на милость доблестного победителя.
Так родилась не только «корней-чуковская» сказка, но и вся советская детская литература. Что же касается Чуковского, то он все продолжал и продолжал сочинять новые — одна другой лучше — сказки. После появления «Мойдо-дыра» и «Тараканища», «Мухи-Цокотухи», «Чуда-дерева», «Бармалея», «Телефона», «Федорина горя», «Айболита» (а спустя еще два десятка лет — «Бибигона») дети все новых и новых поколений окончательно причислили Корнея Чуковского к «своим».
Вот уже больше пятидесяти лет малыши зовут К. И. Чуковского «дедушкой Корнеем». Но ведь он не всегда был «дедушкой»... Когда Чуковский впервые задумался о том, что настоящая литература для детей — это очень сложное дело и браться за него нужно с чистым сердцем, отдавая все свои силы и мысли, — ему только что исполнилось тридцать лет. Тебе, конечно, тридцать лет кажутся чуть ли не старостью. А на самом деле это еще совсем молодой возраст, хотя и к этим годам Чуковский уже успел сделать очень много нужного и интересного.
Так вот, тогда, в 1907 году, он написал статью о «языке детей». И многие с изумлением обнаружили, что, действительно, язык, на котором говорят дети, — это совсем особенный язык со своей грамматикой, своими словами, а главное — своими, ни на какие другие не похожими, понятиями. В конце статьи автор писал: «Прошу, умоляю всех, кто так или иначе близок к детям, сообщать мне для дальнейших исследований всякие самобытные детские слова, речения, обороты речи, все, что вас удивит или заинтересует в вашем или чужом ребенке. Все это я приму с благодарностью, постараюсь вникнуть так тщательно, как только могу».
Так к многочисленным профессиям, которыми владел замечательный писатель, поэт, переводчик, литературовед, журналист, критик, прибавились еще профессии педагога, психолога, исследователя детской души. Книга «От двух до пяти», без конца переиздающаяся во всем мире, в своем роде единственная. Чуковский-сказочник, стихи которого заучивают миллионы малы-
шей — да и взрослых, плененных их жизнерадостностью, музыкальностью, ярким юмором, красочностью и чарующей простотой, — знаменит не менее самых известных классиков «взрослой» литературы. А небывалая по значению и для педагогов, и для самой литературы книга о детском языке принесла Корнею Ивановичу Чуковскому всемирную славу.
Но, несмотря на эту исключительную славу, «дедушка Корней» до последних дней жизни оставался верен именно тем читателям, которые в силу своего пока еще очень небольшого жизненного опыта и совсем маленьких знаний не могли по достоинству оценить его огромный вклад в литературу и науку о литературе. Детвора не просто любила Чуковского. Он был для своих читателей настоящим взрослым другом, который знает все и обо всем, но умеет так об этом всем рассказать, что самое сложное становится понятным и донельзя интересным.
Многие годы Чуковский жил в Переделкине под Москвой. Однажды к нему пришел один из бесчисленных его друзей — маленький мальчик по имени Славик. Он собирался «учиться на богатыря» и спрашивал: «Это можно?» Корней Иванович ответил ему: «Вполне. Ты пока что почитай книги про богатырей, подучись, а потом поступишь в богатырский техникум». А вслед за Славиком к Чуковскому пришло еще много мальчиков и даже девочек. Все они мечтали — кто о богатырском будущем, кто о других, не менее волнующих путях, по которым пойдут во взрослой жизни. Им тоже очень нужны были книги, которых у «дедушки Корнея» накопилось великое множество. Тогда и родилась у Чуковского его собственная мечта. Без долгих размышлений он построил рядом со своим домом детскую библиотеку, передал туда больше десяти тысяч книг из своей громадной личной библиотеки... Тут был и сад, где ребята играли, рисовали, делились впечатлениями о прочитанном и вместе с Корнеем Ивановичем мечтали о будущем. Дважды в год в этом саду устраивался чудесный праздник. Горел большой костер из сосновых шишек — каждый приносил, сколько мог, выступали писатели, артисты, сами ребятишки пели и плясали. Первый костер назывался «Здравствуй, лето». Ну, а второй, конечно, «Прощай, лето»...
Не только сам Чуковский дарил детворе свой сказочный добрый и радостный талант. У него хранились — и не просто «хранились», но и тут же шли в дело — замечательные, порой совершенно фантастические подарки маленьких почитателей со всех концов света. Например, американские дети прислали ему головной убор индейского вождя из разноцветных птичьих перьев. И Корней Иванович, и без того очень высокий, становился просто великаном, когда водружал его на голову. А делал он это часто и с чудесным детским восторгом, как и вообще все, что он делал.
В каком-то смысле он так никогда и не стал по-настоящему взрослым, хотя его академическим знаниям, артистическому и литературному таланту приходилось просто дивиться. Вот, например, равнодушию он так и не смог «научиться». Бывал порою очень язвительным, даже злым — когда спорил о литературе. Обижался и расстраивался, переставал даже разговаривать на какое-то время с неприятным ему хвастуном или болтуном, зазнайкой или невеждой. Но скоро отходил и снова шутил и насмешничал. А равнодушным так и не стал. И всю жизнь был очень добрым, был душевно открыт, искренен, смеялся или огорчался до слез. Потому и дети буквально «висли» на нем, писали ему обо всем, что их интересовало, с оглушительным ревом расставались с «дедушкой Корнеем», когда мамы и бабушки отрывали их от него в конце праздников в Переделкине.
Потому и сейчас, когда мы будем слушать голос Корнея Ивановича, читающего свои великолепные сказки, то вместе с удовольствием и радостью почувствуем самое главное, самую суть удивительного таланта замечательного писателя: его по-детски чистую добрую душу. Этот голос поведет нас по дорогам волшебной страны «корней-чуковской» сказки, страны, населенной небывалыми героями, волшебными вещами, говорящими на языке детства.
М. Бабаева
серия "Сказка за сказкой"
выпуск 1 , пластинка 7