7 дней
О сайте28 17 | М60 48759 008 1989, дата записи: 1977 |
На концертах Владимира Высоцкого - № 8 На нейтральной полосе 1989 год Моно М60 48759 008 Сторона 1. 01 - Один музыкант объяснил мне пространно. 02 - На нейтральной полосе. 03 - Сколько я ни старался. 04 - Перед выездом в загранку. 05 - Передо мной любой факир - ну просто карлик. 06 - Проложите, проложите вы хоть тоннель по дну реки. 07 - Твердил он нам: она моя. 08 - Подумаешь, с женой не очень ладно. 09 - Ну о чем с тобою говорить. 10 - У меня запой от одиночества. 11 - В этом доме большом. 12 - На реке ль, на озере. Сторона 2. 01 - Сколько чудес за туманами кроется. 02 - Сидели, пили вразнобой. 03 - Пока вы здесь в ванночке с кафелем. 04 - Рядовой Борисов! Я... 05 - И вкусы и запросы мои странны. 06 - Я изучил все ноты от и до. 07 - Мне каждый вечер зажигает свечи. 08 - Было так: я любил и страдал. 09 - Сыт я по горло, до подбородка. 10 - Дела меня замучали, дела. 11 - Давно смолкли залпы орудий. Музыка и слова В.Высоцкого. Владимир Высоцкий - пение, гитара. Составители серии: В.Абдулов, И.Шевцов. Фонограммы из коллекции К.Мустафиди. Реставратор Т.Павлова Редактор В.Рыжиков Художественное оформление А.Рыбакова Фото В.Плотникова Запись 1977 г. (1972-1974, "На нейтральной полосе" - 1968, интервью – 1978) "МЕЛОДИЯ", 1989 |
М60 48759 008 НА КОНЦЕРТАХ ВЛАДИМИРА ВЫСОЦКОГО (8). «На нейтральной полосе». Песни В. Высоцкого: 1. Один музыкант объяснил мне пространно; 2. На нейтральной полосе; 3. Сколько я ни старался; 4. Перед выездом в загранку; 5. Передо мной любой факир - ну просто карлик; 6. Проложите, проложите вы хоть тоннель по дну реки; 7. Твердил он нам: моя она; 8. Подумаешь, с женой не очень ладно; 9. Ну о чем с тобою говорить; 10. У меня запой от одиночества; 11. В этом доме большом; 12. На реке ль, на озере; 13. Сколько чудес за туманами кроется; 14. Сидели, пили вразнобой; 15. Пока Вы здесь в ванночке с кафелем; 16. Рядовой Борисов! Я...; 17. И вкусы и запросы мои странны; 18. Я изучил все ноты от и до; 19. Мне каждый вечер зажигает свечи; 20. Было так: я любил и страдал; 21. Сыт я по горло, до подбородка; 22. Дела меня замучили, дела; 23. Давно смолкли залпы орудий Владимир Высоцкий (пение, гитара). Запись 1977 г. Фонограммы из коллекции К.Мустафиди |
Оборот конверта (Ленинградский завод грампластинок) 23.03.89 г. З. 178-о-133820 |
Оборот конверта (Апрелевский ордена Ленина завод грампластинок) 1989 Зак. 229. Тираж 110000 |
Этикетка 1-ой стороны (Апрелевский ордена Ленина завод грампластинок, ГОСТ 5289-88, год выпуска 1989) |
Этикетка 2-ой стороны (Апрелевский ордена Ленина завод грампластинок, ГОСТ 5289-88, год выпуска 1989) |
ТЗГ, зак. 183 Тир. 20000 Часть песен, записанных на этом диске, представляют нам начальный период творчества Владимира Высоцкого. Песни эти — называют их кто как: блатные, дворовые, жанровые — составляют весьма своеобразный цикл, интересный со многих точек . Однако серьёзная критика ими пока серьёзно не занималась. А как раз и хотелось бы поговорить о них - "неровных и неравных", по словам той же критики. Поговорить о цикле в целом, не привязываясь к песнямм только этого альбома, надеясь, что ваша память, если не дальнейшие желательные публикации, найдёт место нижеследующим цитатам и ссылкам. Свои ранние песни Высоцкий в концерты почти не включал. Писал и пел их для себя, для ближних товарищей. А они возьми да и разлетись по всей стране, да ещё стали поизвестней многих позднейших шедевров. Интересная задача для социолога? Но мы будем разбираться в другом. Известно, что сам автор от них никогда на отрекался. Да и на состоронний взгляд краснеть там не за что. Потому что ранние-то они ранние, но они же и начало высокого взлёта, а значит, в них и предвестия позднейших художественных открытий поэта. Так учит правильное литературоведение. Двенадцатилетнего Пушкина отдали в открываемый в Царском Селе лицей. Аллеи, гроты, антики над прудами и в зарослях, на занятиях греко-римская словесность во преимуществу... Ну и нимфы, конечно ж. Вот что окружало, вот что впечатляло, и вот с чего начался Пушкин. Тринадцатилетний Маяковский был привезен в Москву. Серая брусчатка, роение у ресторанных ламп, цинизм и пакости огромного города. Маяковский смотрел, ненавидел, а потом начался — именно с увиденного и со своего неприятия увиденного. Твардовский начиная со смоленской деревни. Шолохов — с Дона… Марьина Роща для Высоцкого — это «сады лицея» для Пушкина и «кольцо бесконечных Садовых» для Маяковского. С той же неукоснительностью, с какой первым человеческим словом становится «мама», художник начинается с опоэтизации ближайшего конкретного окружения. Можно пенять на невысокий культурный уровень и криминальные наклонности ребят из окраинных московских дворов, но винить поэта, из такого двора вышедшего, за то, что НАЧАЛ он с портретов своих хорошо знакомых сверстников, — можно ли! грамотно ли! Ведь за что только ни ругали ранние песни Высоцкого... А вот за что не ругали: за низкий художественный уровень. Строго говоря, у Высоцкого нет ученических песен. В том смысле, что даже в самых первых мы не видим неумелости, подражательности, пробности. В них — в соотнесении с авторской задачей — нечего усовершенствовать. Это необычно. Но вспомним, что и начал-то он поздно — в 24 года. «Инкубационный период» затянулся, зато и «болезнь» вспыхнула сразу вся. Хотя, конечно, ученичество было — в плане содержания. Прежде всего как-то сразу и очень точно выявился жанр. Прямо с «Татуировки». Определим этот жанр как «портрет в ситуации», выполненный в манере автопортрета. По-разному можно относиться к лицам и физиономиям этой галереи — негодовать даже можно, но нельзя оспаривать достоверности, узнаваемости их. А в чем же тогда талант, как не в умении создать живую картинку или живое лицо! Не поняв задачи, поставленной перед собой автором, мы рискуем не понять и песни. Заглубляясь в идеологические и мировоззренческие споры по поводу ранних песен Высоцкого, мы как-то уже готовы вцепиться в любую из них и доказывать, что она сама ущербность или, наоборот, перл поэзии. А гаммы, эскизы, наброски — всю эту пробу сил для нарабатывания мастерства, ее-то почему мы не разрешаем поэту! Просто созорничать словом — нельзя? К примеру, начало «Формулировки» можно расценивать как злостную порчу русского языка, но не правильнее ли принять как блестяще сделанную тираду а духе «местного колорита»! Или вот: На суде судья сказал: «Двадцать пять. До встречи!» Раньше б горло я порвал за такие речи. А теперь терплю обиду, не показываю виду. Если встречу я Сашка, ox, как изувечу! Замечательно ведь сказано! Здесь и характер, и состояние, и слова все живые, и судья игривый такой... В СВОЕМ РОДЕ — блестяще. Так давайте же оценивать ранние песни Высоцкого с точным пониманием, что жанр, что стилизация, что портрет, что озорство... А что и Начало. Эти песни представляют нам либо уголовников, либо ребят «на грани». А все-таки многие из них вызывают симпатию. Чем! Вот Алёха, убитый в поножовщине со «сволотой», — какой уродился, естественный, весь в окружающую его жизнь погруженный, но не сносимый ею ВНИЗ. Вот матерый «пахан», проигравший в карты две жизни, но не желающий отдавать ТАКОЙ долг и карающий удачливого шулера смертью же. Вот парень, обманутый стукачом, но принимающий на себя вину полностью и готовый отвечать за нее по самой высокой мере. Вот человек, вернувшийся из заключения и не признающий людей в носителях равнодушных, слепых, НИКАКИХ лиц... Конечно, ни этих, ни многих других персонажей положительными не назовешь. Налицо «только» положительные поступки, движение к положительности. Таким образом заявляется некая промежуточная категория: положительный герой отрицательного мира. Высоцкий не связывает положительность героя с безупречной биографией — только с поступком. Тем самым утверждается человек ПРОЯВЛЯЮЩИЙСЯ, ДЕЙСТВУЮЩИЙ. Положительность, по Высоцкому, хотя и требовательна, зато доступна каждому. Она ДЕМОКРАТИЧНА. Здесь интересен сам способ, каким представляет Высоцкий своих щерблёных героев. Нуль-отметка моральной шкалы устанавливается на средний уровень окружения, среды, с которой герой связан всей предшествующей жизнью. Тем самым героям дается возможность подняться выше, и они поднимаются! Высоцкий поет ПОДНИМАЮЩЕГОСЯ человека. В дальнейшем эта линия от поступка-всплеска протянется к тем, «кто взлетел навсегда», от «решил я: что ж,/меня так просто не возьмешь!» к «и мне вышел «мессер» навстречу./ Прощай! Я приму его в лоб». Тут, кстати, и ответ на обвинения поэту в идеализации преступного мира. Ясно, что, работая в манере автопортрета, автор не может, не греша против художественности, выносить прямые осуждения. И нужно просто понимать эстетику Высоцкого — эстетику движения, поступка. Если персонаж в сюжете не двинулся, не развился, не приподнял себя хоть немного вверх, — суди сам, слушатель, хорошо это или плохо. Итак, что же мы видим «на выходе» из раннего периода творчества! А вот что: найдена своя поэтическая форма — сюжетная песня от первого лица; достигнута достоверность и живость в обрисовке самых различных характеров; проложены пути, выводящие из частностей к проблемам «большой» жизни; стих обрел свободу и выявился чертами совершенно собственными — стих пелся, слово наполнилось звуковой и смысловой силой... Короче, к 1965 году Высоцкий уже очень своеобразный МАСТЕР. И прекрасная нормальность есть в том, что свои подлинные вершины поэт покорил во зрелости, а не до неё. Д. КАСТРЕЛЬ |
РЗ, ГОСТ 88 сторона 2 выпуск 1989 г |