7 дней
О сайте16 3 | С60—15527-28 1981, дата записи: 1980 |
1.Со мной все в порядке (К. Портер) 2.Бейсин-стрит блюз (С. Уильямс) 3.Ты - это все (Дж. Керн) 4.Вспоминая о тебе (X. Марвелл) 5.Голубой коралл (А. Кузнецов) 6.Мягкий дождь (Л. Бонфа, аранжировка А. Кузнецова) 7.Импровизация на тему Т. Хренникова из к/ф «Верные друзья» (А. Кузнецов) 8.Импровизация на тему «Колыбельной» из оперы «Порги и Бесс» Дж.Гершвина (А. Кузнецов) А. Кузнецов, гитара; И. Назарук, фортепиано (1-5), полимуг (6-8); А. Исплатовский, контрабас, бас-гитара (6-8); А. Чернышев, ударные (3, 6-8); А. Гореткин, конги (5-8). Запись 1980 г. Звукорежиссер Н. Данилин Редактор А. Качалина Художник В. Кузьмин Фото Л. Лазарева Аннотация Алексей Баташев |
Апрелевский завод, ГОСТ 5289-80 сторона 1 |
Гитара со всем ее семейством (от арабского прадедушки аль-уда и ренессансных бабушек виуэлы и лютни) — инструмент очень почтенный и широчайше распространенный Над гитарными струмами скрещивались течения музыка Востока и Запада, Севера и Юга, давая удивительные сплавы — разноцветную музыку Средиземноморья, лютневую культуру, фламенко, цыганскую песню и русский романс, латиноамериканскую и афрокубинскую музыку... Все это громадные пласты мировой музыкальной культуры, пласты активные, полные жизни. При сравнительной простоте и транспортабельности (помните, умещалась под полою!) гитара — инструмент весьма универсальный. Она может вести мелодию с выразительностью, не уступающей скрипичной, с богатством артикуляций и штрихов, она может дать ритмическое и гармоническое сопровождение, показать линию баса. Своего рода «карманное фортепиано». Из европейских инструментов только гитара сопоставима с роялем, чье королевское первенство неоспоримо. Однако то, что сделала инженерная эволюция с фортепиано, изобретая его механическую разновидность, никогда не случилось бы с гитарой. Слишком она человечная, слишком земная. И если рояль гармонирует с концертным фраком, то гитару мы привыкли встречать дома, на улице и в пути. Потому и не удивляемся мы, если не встречаем ее в красных строках летописи музыкальной жизни. Как ни печально, но джаз не исправил этой несправедливости. За малыми исключениями гитарист в джазе — либо аккомпаниатор, либо второй солист. Кто лидеры в джаз-ансамблях? Естественно, что много пианистов, и удивительно, как мало гитаристов. Почти столько же, сколько лидеров тромбонистов. История же музыки не раз подсказывала нам, что если а каком-то ее течении совершается несправедливость, то рядом возникает новое русло, где этот перекос будет компенсироваться. Может быть, думается мне сейчас, одной из причин взлета рок-музыки был «зажим» гитары в джазе. То, что в 50— 60-е годы начала демонстративно игнорировать джазовая музыка, утверждая свою серьезность и высоту, — интонации бытовой, популярной, музыки, танца и песни, — носителем которых испокон была гитара, — все это пышным цветом расцвело в роке, музыке прежде всего гитарной. Эта пластинка — попытка решить «гитарный вопрос» в классическом джазе, не выходя за его пределы. Лидером здесь является джазовый гитарист, влюбленный в гитару, выражающий свою любовь музыкой. Алексею Кузнецову в 1981 году исполняется 40 лет. Его отец (тоже Алексей) — первый советский джазовый гитарист, концертмейстер группы гитар в Государственном джаз-оркестре Союза ССР. Не удивительно, что Алексей-младший играть на гитаре и ходить учился почти одновременно. Судьбе же было угодно отправить его в класс домры училища им. Октябрьской революции. После окончания училища в 1962 году мне ни разу не довелось видеть его с домрой, зато гитаре, ставшей его подлинным призванием, он никогда не изменял. Джазом Алексей Кузнецов увлекся в 50-е годы, собрал из дворовых и школьных приятелей бойкий джаз-ансамбль и, играя тут и там на танцах, стал одним из самых известных музыкантов на Басманной улице. Себе он лично соорудил из выброшенных приемников и проигрывателей нечто громкое и ужасное, отдаленно напоминающее теперешние элегантные звукосниматели, усилители и колонки. В 60-е годы на московских джаз-фестивалях Кузнецов показывает незаурядное мастерство, особенно в аккордовой игре, редкое по тем временам ощущение блюза, традиционной джазовой стилистики, что видно в одной из лучших его пьес той поры «Заводные игрушки». Среди других удач его в 60-е годы — босса нова «Алеша», специально отмеченная Союзом композиторов. Уже тогда о Кузнецове начинают говорить как о самобытном зрелом художнике, владеющем всем арсеналом выразительных средств классической джазовой гитары. Порой гитара в его руках звучит как оркестр — настолько разнообразна, ярка и насыщенна ее звуковая и ритмическая палитра. Выдающийся солист, «ж в высокой степени обладает и еще одним, редко замечаемым слушателями талантом; талантом аккомпанировать, побуждая солиста и интенсивному творчеству, «катализируя» его исполнительскую фантазию. Его любимыми гитаристами продолжают оставаться пять великих столпов джазовой гитары — Чарли Крисчен, Джанго Рейнхардт, Уэс Монтгомери, Джо Пасс и Джордж Бенсон. Но интересы его сильно расширились. Он называет, например, канадского гитариста Ленни Бро (в джазовой энциклопедии написано; талантлив, но за пределами Канады неизвестен). Обращает внимание на то, как Бро строит концерт: соло, трио, дуэты. Уже другой ритм восприятия. Можно остановиться, подумать. Не надо много звуков. Значит, не я один так считаю. А вот еще единомышленник — ирландец Луис Стюарт. Его вообще нет в Энциклопедии. Как, кстати, и Кузнецова. Но процесс движется. Появляется новое поколение джазовых гитаристов, прежде всего европейцев. Возникают новые гитарные стили в джазе, связанные с именами бельгийца Филиппа Катарине, чеха Рудольфа Дашека, немца Фолькера Кригеля, норвежца Терье Рюпдаля. Чаще возникают джазовые гитарные дуэты; Альбер— Штробель, Громин — Кузнецов, Дашек — Эскудо, Пепль — Брковиты. Эта пластинка — следующий шаг в новом направлении. Ее главная задача — помочь вывести гитару на джазовую сцену как сольный инструмент. Сделать с ней в джазе то, что Андрее Сеговия сделал в классической музыке. Джазовых гитаристов, выступающих соло, — горстка. Сольные пьесы строятся ими на разных принципах — иногда акцент ставится на технику и виртуозность, иногда на звуковое красноречие. Кузнецов демонстрирует на этой пластинке то, что можно назвать принципом непрерывности движения, ровного и мощного течения музыки, в котором сопрягаются штриховая, аккордовая и мелодическая игра. Подобных записей у нас еще не было. На диске помещены восемь пьес, из которых четыре — сольные композиции Кузнецова, четыре его гитарные аранжировки. Поводом для них служат четыре «вечнозеленых» джазовых темы. Портеровская «Со мной все в порядке» сыграна как бы на одном выдохе, сплошной пинией. Темп взят более быстрый, чем обычно, и поэтому все краски резко обозначены, углы обнажены. Только что тема была изложена созвучиями; короткий брейк, виртуозный мелодический пассаж и отзыв на него сжатым, как удар бича, аккордом. То вдруг обнажается аккомпанемент, имитация страйд-пиано, пока снова к концу пьесы не нарастает оркестровая фактура. Пышной каденции не понадобилось. Визитная карточка мастера предъявлена. «Бейсин-стрит блюз» (есть, оказывается и в Нью-Орлеане улица Бассейная) я воспринимаю как посвящение Каунту Бейси — лидеру знаменитого оркестра. Кузнецов играет здесь оркестровым звуком — за бас и ударные, за рояль и духовые — как бы излагает знакомую оркестровую драматургию формы. «Оркестровый» эпизод есть и в балладе «Вспоминая о тебе» — шедевре английского песенника Холета Марвелла. (...Авиабилеты в романтический уголок, мартовский ветер, вызывающий сердце на танец, вздохи поездов на станции и звук колокола в деревенском парке, свечи за дальним столиком в кафе, тренькающее пианино у соседей, сказочный, окрашенный коричневой кожей свинг — все-все, каждый пустяк напоминает мне о тебе...) Кузнецов играл эту балладу еще в «Синей Птице», в набитом любителями джаза маленьком подвальчике замирало дыхание. " Лет пятнадцать прошло, и теперь после той, знакомой темы гитарист как бы включает мотор своего неукротимого ритма, и мы слышим и «идущий бас», и вкрадчивый, готовый рокотнуть биг-бэнд. А вот в знаменитой гершвиновской «Колыбельной» есть, вроде бы сходная техника, но пьеса принципиально гитарная. Какое тут разнообразие «фирменных кузнецовских» приемов: всевозможные атаки и вибрато, «мазки» и глиссандо, игра флажолетами и у подставки, извлечение разного рода шумовых и перкуссивных эффектов, «гармония тембров» — настоящий гитарный пир. Трудно представить, что играет один гитарист, что нет ни нот перед ним, ни наложений после него. Четыре ансамблевых пьесы — репертуар более традиционный. Пьеса в стиле свинг, пьеса, стилизованная под рок, и две босса новы. С Кузнецовым здесь играют его старые коллеги: Игорь Назарук (на второй стороне он играет на синтезаторе «Полимуг»), басист Алексей Исплатовский - и барабанщики Андрей Чернышев и Александр Гореткин (последний играет на конгах). Кузнецов и в эти пьесы вносит какую-нибудь изюминку: вставляет эпизод фуги в свинговую ткань и играет через фленджер в «Голубом коралле». Но вот что интересно: Кузнецов умеет «держать на себе» и ансамбль и солиста, давать ансамблю, а не брать от него. Впервые с тех далеких «басманных» времен Алексей Кузнецов взял на себя роль лидера и заявил о себе как о мастере концертной джазовой гитары соло. В добрый путь! Алексей Баташев |