Каталог советских пластинок
Виртуальная клавиатура
Форматирование текста
Наверх
English
Авторизация
Джаз-оркестр Якова Скоморовского — один из старейших в стране: его истоки восходят к Tea-джазу Леонида Утесова.
Композитор и пианист Александр Скоморовский вспоминает, как однажды летом 1928 года он с братом Яковом, трубачом-солистом оркестра Ленинградского Малого оперного театра, повстречали на Невском Утесова. «Золотую трубу» Якова Скоморовского Утесов не раз слышал в оперных спектаклях, и она неизменно вызывала его восторг.
— Я организую джаз, — сказал в тот летний вечер Леонид Осипович. — Не хотите ли помочь мне?
После раздумий («Допустимы ли для серьезного музыканта занятия легким жанром?!») солист симфонического оркестра согласился не только занять вакансию первой трубы Tea-джаза, но и разделить с его организатором трудности по формированию нового ансамбля. «Это была большая удача, — рассказал впоследствии Утесов, — потому что у него среди музыкантов были безграничные знакомства, и он помогал мне отыскивать нужных людей».
Вскоре, летом того же года, в большой квартире Скоморовского на Конногвардейском бульваре начались репетиции нового коллектива. Одиннадцать музыкантов, работающих в театрах, кинотеатрах и ресторанах, готовили программу, премьера которой состоялась 8 марта 1929 года. На афишах Tea-джаза значилось: «Художественное руководство Л. Утесов и Як. Скоморовский».
Правда, содружество это продолжалось сравнительно недолго. В начале 1931 года первый трубач джаза возвращается в оперный оркестр. Высоко оценив возможности нового джазового звучания, Скоморовский не принял некоторые творческие принципы утесовского ансамбля — его эксцентричность, стремление к театрализации, при которой каждый оркестрант должен был быть не только музыкантом, но и актером, и певцом, а иногда и танцором.
Однако, вкусив «яда джаза», Скоморовский уже не мог отказаться от него. Некоторое время он совмещает работу в Малом оперном с выступлениями с оркестром Ленинградского мюзик-холла, которым руководил И. Дунаевский, а затем создает собственный ансамбль, пригласив туда и тех музыкантов, что покинули Tea-джаз вместе с ним.
Дебют нового коллектива состоялся в ресторане гостиницы «Европейская» в конце 1931 года. В это время в оркестре играли: Яков Скоморовский — первая труба, Петр Скрипаченко — вторая труба, Иосиф Гершкович — тромбон, Геннадий Ратнер, Николай Бавурин, Анатолий Варгасов — альт-саксофоны, Федор Осипов — тенор-саксофон, Иосиф Уткин — туба, Абрам Скоморовский — первая скрипка, Афанасий Мунтян — скрипка (А. Мунтян впоследствии стал одним из лучших джазовых кларнетистов), Александр Скоморовский — скрипка, рояль, Джон Данкер — банджо, Леонид Шатохин — ударные.
Программы джаз-оркестра носили ярко выраженный танцевальный характер. Поначалу ансамбль исполняет произведения, родившиеся еще в Tea-джазе: блюз «Моятана» А. Скоморовского, танго «Ревность» Я. Гаде, фокстрот «Золотой петушок» в обработке Н. Игнатьева, «Русскую рапсодию» И. Дунаевского и другие. Постепенно репертуар нового коллектива расширяется — в него входят популярные произведения зарубежных композиторов в самобытных обработках Я. Скоморовского, Н. Игнатьева, А. Скоморовского. В оркестр приходит певец Иван Миловидов, поначалу совмещавший работу в том же Малом оперном театре с выступлениями на эстраде.
В 1932 году оркестр, получивший название Концертный джаз-ансамбль, едет в Москву. Здесь он впервые записывается на пластинки. Годы 1932—1933 оказались самыми урожайными на записи в жизни этого коллектива: танцевальные пьесы в его исполнении появились более чем на тридцати дисках.
Вскоре Концертный джаз-ансамбль приглашают в штат Ленинградского радио, а во второй половине 30-х годов он переходит в ведение Ленэстрады.
В оркестр приходят новые музыканты: Иван Морозов — гитара, Иосиф Уткин — туба, Александр Леонтьев — тромбон, Илья Жак — рояль, Джек Смилга — ударные и другие.
Решающее влияние на формирование репертуара коллектива, получившего с середины 30-х годов название Джаз-оркестр под управлением Якова Скоморовского, оказало в этот период творческое содружество с Дунаевским.
Долгоиграющий диск «Голубая ночь» позволяет вновь услышать лучшие танцевальные композиции и песни, исполненные джаз-оркестром Скоморовского главным образом в начале тридцатых годов. Переписанные с обычных пластинок и реставрированные, эти записи демонстрируют высокое мастерство оркестра, его солистов, и прежде всего его руководителя — трубача Якова Скоморовского.
Пьеса Александра Скоморовского «Моятана», одна из первых, сыгранных оркестром для пластинок, написана в 1928 году. Входила в первую программу Tea-джаза. На нотах, изданных годом позже, стоит посвящение: «Леониду Осиповичу Утесову». Название произведения расшифровал автор: «Моятана» — так мой трехлетний сын Миша называл свою мать Татьяну Михайловну». В 1933 —1934 годах это произведение выпускалось на пластинках под названием «Блюз».
Слоу фокс «Тихо» принадлежит одному из родоначальников американской оперетты-мюзикла Зигмунду Ромбергу. Как и большинство произведений, записанных коллективом Я. Скоморовского в 1932 году, инструментован Николаем Игнатьевым, который хотя и не входил в состав джаз-оркестра, помогал ему аранжировками. Слоу фокс выходил на пластинках под названием «Осень».
Фокстрот «Золотой петушок», парафраза на темы одноименной оперы, был своеобразной «визитной карточкой» золотой трубы Я. Скоморовского — солиста Tea-джаза. В течение нескольких лет эта пьеса украшала программы и организованного трубачом собственного оркестра. В качестве вступления к ней использован «сигнал» из оперы Римского-Корсакова, исполнением которого Я. Скоморовский прославился еще в свою бытность в Малом оперном театре.
Танго Оскара Строка «Черные глаза» джаз Скоморовского исполнил в нашей стране одним из первых. Оригинальная обработка Н. Игнатьева, включающая цитаты из романса «Очи черные», содержит развернутые соло трубы (Я. Скоморовский) и гавайской гитары (Д. Данкер).
Вместе с Джоном Данкером руководитель джаза записал и пьесу «Голубая ночь» — в 1932 году под № 2300 и годом позже под № 2550.
Произведение Оскара Строка — фокстрот «Песенка коммивояжера» — исполнялось первоначально Леонидом Утесовым в программе «Джаз на повороте». Обработка И. Дунаевского. Ансамбль Скоморовского записал этот фокстрот на пластинки дважды — № 2286 и 2554.
Фокстрот «Ничего, кроме любви» Джимми Макхью в инструментовке Н. Игнатьева был также записан дважды (№ 2469 и 2557), но под разными наименованиями: в первом случае — «Дни веселые», во втором — «Фрайкины дети». Факт этот, быть может, наиболее яркая иллюстрация произвольного выбора названий, имевшего место в начале 1930-х годов.
«Вальс» Чарли Чаплина из кинофильма «Огни большого города», демонстрировавшегося на наших экранах в 1930-е годы, записан выездной бригадой Грампласттреста в Ленинграде 27 июня 1937 года. Это произведение явилось одним из первых, попавших на диск после четырехлетнего перерыва в работе оркестра для пластинок.
Обработка «Вальса», как и слоу фокса «Только для вас», который в переложении А. Варламова известен под названием «Счастьем жизнь полна», и фокстрота «Фатум», включенных в программу «Голубая ночь», сделана композитором и пианистом Ильей Жаком, определявшим со второй половины 1930-х годов звучание оркестра. Перу И. Жака принадлежали не только песни (наиболее известные из них — «Руки» и «Андрюша», спетые Клавдией Шульженко), но и инструментальные произведения, носившие концертный характер.
К числу последних относятся «Сентиментальный вальс», записанный 5 апреля 1938 года, и «Джаз-фантазия», сыгранная оркестром в студии Ленинградского радиокомитета в 1940 году специально для так называемых вещательных дисков, предназначенных для использования в радиопередачах.
ГЛЕБ СКОРОХОДОВ

Всесоюзная студия грамзаписи выражает благодарность учреждениям и лицам, оказавшим содействие при составлении данной программы: Государственному архиву звукозаписей, Ленинградскому музею театрального и музыкального искусства, коллекционерам М. Мангушеву из Ростова-на-Дону, Б. Метлицкому из Ленинграда, Е. Паскудскому из Уфы, Ю. Верменичу из Воронежа.